— Всё же разводитесь?
— Я не хочу… об этом говорить.
— Понятно... Может быть, заказать что-то? Вы не голодны?
— Да нет, — махнула я рукой. — Если инвестор не приедет, я, пожалуй, домой поеду и там уже поем. Устала очень за день.
— Ну да. Ну да... — протянул он, а потом, задумчиво подперев подбородок, продолжил: — А насчёт Марата... Лина, он виноват. Он не отдавал Рогозину деньги, все сроки возврата многомиллионных долгов пропустил. Ему пришлось действовать уже более… жестко.
— Не оправдывайте Рогозина, Олег Петрович, — уставилась я на него. — Или вы считаете, что похищение женщины допустимо в такой, пусть даже и серьёзной ситуации? Миллионы — это, конечно, много. Но чего стоит жизнь человека? Моя сколько стоит, как по-вашему?
— Нет, конечно, он не прав, — отвёл он глаза. — Это было очень жёстко, говорю же.
— Может быть, в следующий раз он и детей наших похитит и будет шантажировать моего мужа?
— Нет, конечно, — ответил Олег и поднял руку вверх, чтобы я не продолжала говорить, и достал из кармана пиджака смартфон.
Он вибрировал от входящего вызова. Олег принял его.
— Да, Матвей Сергеевич, — говорил он в трубку. — Как не сможете? Очень жаль. Да, конечно, ждали вас. Ну, ничего страшного. Тогда, может быть, перенесем встречу? В понедельник удобно будет? В первой половине дня или второй? Отлично, тогда мой помощник вам еще позвонит и уточнит по времени. Обязательно извинюсь перед дамой. Ничего, что вы, всё вы порядке. До свидания, хорошего вечера!
— Вот бл*дь, — высказался Олег, завершив разговор. — Ждали-ждали его как два дурака... Он не приедет.
— Я уже поняла, — вздохнула я.
Только вечер зря убили. Да ещё и Марат меня увидел здесь с Олегом наедине практически. Теперь вовек не отмыться...
— Впрочем, в вашей компании этот вечер не так уж плох, — сказал мне Олег. — Отвезти вас домой?
— Нет, я... сейчас успокоюсь и доеду сама.
— Выпейте воды, — он протянул мне наполненный стакан. — Успокойтесь. Вам нельзя так… переживать.
Я взяла стакан и почти полностью осушила его. От нервов сохло горло и губы. Машинально слизала влагу с губ и перехватила взгляд Олега. Опять стало не по себе — он смотрел на мои губы как мужчина.
— Вы очень красивая, Лина, — сказал он мне, не отрывая от меня взгляда, над которым уже всё же поработало вино, добавив его взору характерную дымку. От нечего делать он уже почти уговорил бутылку вина сам. — На Монику Беллуччи похожи. Только моложе. Вам говорили?
— Да, — ответила я, вставая с дивана.
