В черте города живут два соседних мира: один на пляже с деревянными мостиками и другим в тени железной завесы. Братки – не значит братья: каждый за свое. Лариса прекрасно это понимала, но любоваться им не хотела. Ночи луной кишат городом, синим светом пляжных фонарей — и железным грохотом станции. Это о чем-то говорит....
– Это хорошо, что ты понял, – смягчился Ямал. – Девчонку себе заведи. Нормальную, из хорошей семьи. Чтобы не какая-то там блатная кошка. Хорошая девчонка тебя отшлифует, отполирует, на человека станешь похож…
– И что, я с девчонкой на общей хате стану жить? – почесался Зеленый.
– Не на хате, Виталик, а на квартире. И не на общей. У тебя денег валом, можешь себе квартиру хорошую снять…
– Может, лучше купить? – выразительно посмотрел на Ямала Архип.
– Можно и купить, – кивнул Захар. – По пять штук в месяц получать будете, плюс премии.
– Во-первых, не линять, а удочки сматывать. А во-вторых, почему по пять штук?
– Мне десять, вам всем по пять, остальное на общак.
– Ты только что полсотни на общак бросил. Куда еще?
– Так надо.
– Мы что, зону греть собираемся?
– Нет, зону греть не будем – на ментов деньги нужны. Если ты в кутузку загремишь, как тебя вытаскивать?
– Ямал, я тебя хорошо знаю, ты реальный человек.
Ямал долго смотрел на него в напряженном раздумье.
– Все правильно, Архип, – наконец сказал он. – Мы на людях красные крестики ставим. И за нами система. Нам в ментовку попадать никак нельзя.
– Как?
– А фильм какой-то был, французский, кажется. Там киллер ампулу с цианистым калием раскусил. Нам тоже так надо.
– Я согласен, – уверенно кивнул Архип.
«Я тоже», – решил для себя Саня.
Зеленый думал дольше всех, но тоже дал согласие. И сам Ямал сказал «да».
– Все должно быть очень серьезно, – продолжил он. – Очень-очень. Тогда не будет никаких сбоев. Тогда большой общак нам не нужен. Будем складывать туда с премиальных, но конкретно.
– Все только «за», – сказал Архип. – Ты старший, на тебя все завязано, здесь без претензий.
– Десятка – это солидно, – расплылся в улыбке Зеленый. – Такое дело обмыть надо!
– Ты же знаешь, у нас сухой закон, – сурово глянул на него Ямал.
