В черте города живут два соседних мира: один на пляже с деревянными мостиками и другим в тени железной завесы. Братки – не значит братья: каждый за свое. Лариса прекрасно это понимала, но любоваться им не хотела. Ночи луной кишат городом, синим светом пляжных фонарей — и железным грохотом станции. Это о чем-то говорит....
Он подошел к Ларисе и замахнулся, чтобы влепить ей пощечину. Она в страхе зажмурилась, но удара не последовало.
– Я тебя убью! – заорал Паша.
Он бросился на Михея с кулаками, но Шуляк наставил на него пистолет. И еще для убедительности передернул затвор. Паша застыл в оцепенении.
– Я тебя сейчас самого кончу, придурок! Только дернись! – пригрозил Шуляк.
– Значит, кинуть меня хотел? – взглядом убийцы посмотрел на Пашу Михей. – За лоха меня держишь, да? Знаешь, что я за такие подляны делаю?..
Он вдруг схватил Ларису за руку, резко притянул к себе и с силой обнял за талию.
– Но тебе повезло, крыса! – сквозь зубы процедил Михей. – У тебя жена красавица. Поэтому мы тебя убивать не станем. Мы ее с собой заберем. И отдадим, когда сорок штук с тебя снимем… Или они у тебя где-то спрятаны, а?
– Нет у меня денег.
– Ну, а мы жену твою заберем.
– Нет у меня денег! Хотите, все заберите! Ферму! Завод! Только Ларису не трогайте!
– А зачем нам твой завод? Ты его сам продай, а нам деньги отдай.
– Хорошо, я продам. Все продам! И деньги будут! Только Ларису не троньте!
– Вот когда деньги будут, тогда и жену свою получишь!
Михей шагнул к двери, но Ларису в своих тисках удержать не смог.
Но выстрелил он только по колесам «Нивы» и старенького «пятьдесят второго» «ГАЗа», что стояли во дворе.
Шуляк сел за руль, а Михей умостился с Ларисой на заднем сиденье. Машина выехала со двора и затряслась на ухабах.
– Эх, понеслась коза по кочкам! – хохотнул Михей. – А где козел? – Он обернулся и засмеялся еще громче. – Обтекает козел! Хоть бы из ружья для приличия пальнул…
– Какое ружье? Ему сначала штаны выстирать надо!
– Слышь, Ларчик… Можно, я тебя так называть буду? Ты же у нас правда ларчик! На сорок штук…
– Ага, на сорок! – подхватил Шуляк. – Если ларчик просто будет открываться, то на сорок. А если плохо, то на все сто!..
