Начав свой путь через труднопроходимые заросли и болота, девять легких самоходно-артиллерийских установок «СУ-76» готовились к бою. Но десятая машина, оказавшись в глубокой топи, была вынуждена оставаться за батареей. В этом месте белорусские защитники встречали немецкие силы, но все равно старались держать оборону и подготовиться к решающему бою....
Первый номер был убит, когда потянулся за новым диском. Его помощник отшатнулся. Обезображенное лицо товарища смотрело на него впадинами пустых глазниц.
В следующее мгновение разрывная пуля ударила в диск, который он протягивал сержанту, вышибла его из рук и обожгла ладони мелкими осколками.
Большинство десантников были вооружены автоматами. Эсэсовцы не торопились продолжить атаку, зная скорострельность и точность боя русских автоматов «ППШ». Немцы усилили огонь. В течение нескольких минут погибли еще двое десантников.
Пули косили кусты и траву во дворе, разлетались остатки обугленного забора, усеяв все вокруг угольным крошевом. Автоматчик с перебитыми ногами ворочался и стонал, пытаясь зажать раны.
Кто-то из отделения продолжал стрелять, вжимаясь в землю, но поднять голову и прицелиться было невозможно. Пока эсэсовцев сдерживал капитан Бобич и его семнадцатилетний ординарец, не боявшийся смерти. Остальные пять-шесть десантников, пряча головы, стреляли практически наугад. Они знали, что через считаные минуты эсэсовцы поднимутся, и ждали этого, сберегая последние патроны.
– Впереди две «штуги», – передал по рации остальным экипажам Карелин и приказал Хижняку: – Двигай помалу.
Сержант осторожно выводил самоходку из укрытия. Он тоже увидел немецкие штурмовые орудия и с тоской подумал, что экипаж лезет к черту на рога.
– Сейчас врежут, – бормотал он. – Куда мы премся?
Пулеметчик Гриша Зуев застыл, глядя на немецкие машины с массивными орудийными стволами. На что рассчитывает комбат, к которому он так необдуманно затесался в экипаж? Надоело бегать в атаку, в которых он был дважды ранен? Сейчас получит не пулю, а снаряд.
Карелин отчетливо понимал весь риск заработать бронебойную болванку в борт. Но, кажется, «штуги» пока его не видели, а взвод эсэсовцев стал в эти минуты самой большой опасностью. Они добьют десантников вместе со старым товарищем Сашей Бобичем и его мальчишкой-ординарцем, а затем навалятся на пехоту.
Машина выскочила на прямую наводку.
«Штуги» были пока в стороне, а взвод эсэсовцев в своем пятнистом камуфляже был виден как на ладони. Одни продолжали стрелять, другие уже поднялись и держали наготове гранаты.
– Никита, – скомандовал Карелин, – два осколочных! Беглый огонь.
