Начав свой путь через труднопроходимые заросли и болота, девять легких самоходно-артиллерийских установок «СУ-76» готовились к бою. Но десятая машина, оказавшись в глубокой топи, была вынуждена оставаться за батареей. В этом месте белорусские защитники встречали немецкие силы, но все равно старались держать оборону и подготовиться к решающему бою....
Но механик-водитель упорно тянул машину к окраине деревни, там, где близко подступал густой ельник. Двигатель в сто лошадиных сил надрывался, глох, но механик снова запускал его, и машина на короткое время увеличивала скорость.
Начальник зондеркоманды, гауптштурмфюрер (капитан), молодой для своей должности и звания эсэсовец, стрелял из автомата в открытую амбразуру кабины. Они оторвались от русских и даже уцелели после прямого попадания трехдюймового снаряда. Но двадцатитрехлетнего эсэсовца тревожили местные жители.
Это они навели русский бронетанковый отряд. Нечего было с ними церемониться! Следовало сжечь это осиное гнездо в первый день наступления. Они не оценили полученную свободу и были поголовно связаны с лесными бандитами. И сейчас собирались остаться, чтобы не сегодня завтра быть призванными в Красную армию.
При этом молодой эсэсовский офицер забыл, что всего пару месяцев назад он уже побывал в деревне Довжа. Тогда за взорванный неподалеку мост расстреляли десять мужчин.
И сейчас, после завершения спецоперации (сожжения деревни), в приказе окружной комендатуры предписывалось в случае осложнения обстановки ликвидировать мужскую часть деревни в возрасте от шестнадцати до шестидесяти лет. Начальнику зондеркоманды давали карт-бланш, и он собирался им воспользоваться. Перестрелять самых молодых и крепких мужиков, которые все равно сбегут по дороге."
"Двое парней забежали сзади, с силой толкнули под колеса «ганомага» сосновое бревно.
Механик увеличил газ, бревно переломилось с оглушительным треском. Гусеницы перемалывали древесину, а правое колесо вращалось с усилием, продолжая толкать половинку бревна в груду чернозема. Мощность двигателя в сто лошадиных сил была недостаточна для шеститонного «ганомага» и расквашенной дороги.
Офицер, встав на подножку кабины, дал очередь по парням, преследующим бронетранспортер. Стрелять было несподручно. Из-за плетня вылетел камень и ударил в капот.
– Шайзе! – выкрикнул эсэсовец и нажал на спуск, выпустив остаток магазина.
Один из парней вскочил через выбитую заднюю дверцу в десантный отсек На металлическом настиле лежали разорванные тела пулеметчиков, все было залито кровью.
