Продвинулись на 150 километров, правым крылом вышли на Березину.
Этот приток Днепра пересекает Белоруссию с севера на юго-восток и на протяжении четырехсот километров является естественной преградой для продвижения советских войск.
Не везде наступление шло успешно. Продвижение частей 1-го Белорусского фронта в юго-восточной части республики наткнулось на сильную оборону. За первые три дни войска здесь продвинулись всего на 10–15 километров. Сюда были переброшены дополнительные силы, и после упорных боев 29 июня был освобожден Бобруйск.
Полк Тюлькова продвигался к Березине севернее. Оставив основную часть полка возле разрушенного моста, подполковник Тюльков направил батареи Карелина и Гладкова на поиски брода. Терять время возле илистой речушки он не мог.
Семь самоходок с десантниками и два мотоцикла разведки приблизились к небольшой сгоревшей деревне. Приказ Гитлера о «выжженной земле» исполнялся старательно. Из трех десятков домов не уцелел ни один. Сожгли большинство сараев, а колодцы взорвали или завалили разным хламом.
Навстречу машинам вышли несколько жителей. К мотоциклам, которые шли впереди, приближаться не рискнули. Опасались, что вернулись немцы. Красные звезды на самоходках были видны издалека, наперерез машине Карелина выскочили двое подростков:
– Ура! Наши.
– Куда под гусеницы лезете?
– Небось свои остановятся.
– Через вашу речушку перебраться можно? – спросил старший лейтенант.
– Километра через три брод имеется.
– Глубокий?
– Метра полтора, – объяснил парень постарше с винтовкой за плечом. – Только там два немецких танка в засаде прячутся.
– Для наших машин глубоко, – покачал головой Карелин. – Не пройдем.
– Я думал, вы фрицев испугались, – хитро усмехнулся парень.
– А ты смелый, я погляжу, – поддел его Федосеев. – Фрицы отступили, ты винтовку сразу нашел. С какого конца она стреляет, хоть знаешь?
Парень смутился, а к самоходкам подошел старик в облезлой овчинной безрукавке и с укором спросил:
– Где же вы раньше были? Поспешили бы немного и деревню спасли.
– Воевали, отец, – высунулся из люка Алесь Хижняк.
– Да ты наш, белорус, – удивился старик. – Откуда родом?
– Мы все наши, – с вызовом ответил старший сержант. – Мало, что ли, белорусов в Красной армии?
– Оно, конечно, так, – закивал головой старик.
– Ты лучше прикинь, сумеем мы где-нибудь эту лужу перемахнуть?
– Сумеете, – уверенно ответил старик в безрукавке.
– Давай рассказывай, – сорвав с головы танкошлем, потребовал Хижняк. – Мы к Березине двигаемся, а мост разбомбили.
Оказалось, что немного подальше речушка перегорожена дамбой, укреплена камнями и гравием. По ней отступали немецкие войска и команда, которая сожгла деревню. В разговор вмешался еще один из жителей.