В тени бетонных стен особняка Дымыч расхаживал с ритмичными движениями, ожидая начала своей утренней тренировки. Воздух был зловеще свежим, как будто специально создан для усиления каждого присутствия. Утро не было долгим для Дмитрия Дмитриевича – он отлично понимал это. Каждое движение приближало его к заветной цели: спокойной жизни в братстве спецназа, где каждая секунда важна....
– По какому поводу воспоминания?
– Да что-то вдруг Афган донимать стал. Особенно по ночам. Старею, похоже…
Дым Дымыч подошел вместе с телефонной трубкой к полке и посмотрел на женщину из слоновой кости. Единственное, что у него осталось от Афгана, кроме двух ранений. Погладил пальцем ее чуть желтоватую шею.
– Вот сейчас с тобой разговариваю и танцовщицу рассматриваю.
– Статуэтку, что ли?..
– Да.
– Цела она еще?
– Конечно. Это единственная у меня постоянная женщина. И единственная ценная вещь. Такое не теряют и никому не дарят.
В трубке некоторое время молчали. Раздумывая, видимо, взвешивая грусть и одиночество в голосе Сохатого.
– Я вот тоже недавно вспомнил былое. Заехать хотел, но… Еле твой телефон нашел. А адрес не помню. Как насчет того, чтобы встретиться?
– Бога ради. Сегодня можешь?
– Конечно.
– Заезжай вечером. Жду. Записывай адрес…
С чего это вдруг вспомнил о его существовании бывший подчиненный, а ныне потенциальный враг – старший следователь по особо важным делам? Сохатый, взглянув на свое отражение в зеркале, пожал плечами и улыбнулся.
Он набрал номер Хавьера. Трубку взял кто-то из «быков». С ними Дым Дымыч разговаривать не любил. Ребята рьяные, тупые, постоянно на кулак напрашиваются.
– Хозяина позови.
– Кто спрашивает?
– Не твоего ума дело. Позови.
– Кто спрашивает? – голос настырный и беспредельно наглый.
– Без сопливых скользко… Я повторять не буду…
Долгое молчание в трубку. «Бык» пытается думать. Наконец надумал.
– Сейчас.
Это «сейчас» длилось минуты две. Дым Дымыч уже собирался трубку бросить, когда услышал характерно-хриплый голос Хавьера. Этот голос он запомнил однажды и навсегда. Голос, который на зоне вполне мог решить судьбу человека.
– Максимов. Слушаю.
– Привет, старик.
– Привет. Ты что моим ребятам хамишь?
– Я им яйца при встрече оторву. Чтобы вежливости научились. Что это за тип был?
– Шурик Беломор. С «отдыха» вчера прибыл.
– А, этот… Привет передай. Этому я просто «варкуху» нарисую.
– Ладно. Я так и передам. Как у тебя дела? Пойми, я не тороплю, но есть обстоятельства, которые поторопить заставляют. Очень интересные обстоятельства. Надо встретиться.
– Через час подъеду. Беломора предупреди, чтобы готовился.
– Ладно, – усмехнулся Хавьер."
"С Хавьером они познакомились в лагере. На отсидку Сохатого отправили, как обычно делается, поближе к родным местам. Хавьер был на зоне Смотрящим.
