В тени бетонных стен особняка Дымыч расхаживал с ритмичными движениями, ожидая начала своей утренней тренировки. Воздух был зловеще свежим, как будто специально создан для усиления каждого присутствия. Утро не было долгим для Дмитрия Дмитриевича – он отлично понимал это. Каждое движение приближало его к заветной цели: спокойной жизни в братстве спецназа, где каждая секунда важна....
Собачий нюх не подвел старшего следователя по особо важным делам. Перед ним стояла Анжелика. Новоиспеченная вдова Толстяка. Все в точности как он и предполагал сегодня в беседе с капитаном Овчинниковым – их пути пересеклись. Только в слишком неожиданном месте.
– Мы сегодня уже познакомились с гражданином Олениным, – сказала Анжелика, ничуть не смутившись и даже насмешливо. – Честно говоря, он произвел впечатление галантного, но занудливого человека. И уж никак не ожидала, что придется в его обществе провести и сегодняшний вечер.
– А почему вдруг Феня? Партийный псевдоним? – спросил Николай Сергеевич, пытаясь побороть растерянность.
Сохатый усмехнулся.
– Ну, что у нее за безликое имя – Анжелика… Была бы маркиза, я бы простил. А так – для дураков. Их на каждом углу, как бездомных кошек. Пусть будет лучше Феней. Легче запоминается. И где же свела вас судьба-злодейка?
Оленин предпочел промолчать, предоставляя возможность ответить Анжелике, а сам продолжал внимательно наблюдать за реакцией Сохатого.
– Я же сказала тебе, что сегодня рассталась с мужем, – ответила Анжелика, поднимая глаза на Сохатого. Сейчас это были совсем иные глаза, не такими она смотрела днем на оперов и следователей. Это были глаза или безумно влюбленной, или безумно похотливой самки. Возможно, одно не мешало другому. – Вот при обстоятельствах выяснения условий этого расставания мы и познакомились.
– Я что-то ничего не понял, – Сохатый никак не показал своего отношения к ситуации бывшему подчиненному, который смотрел на него настороженно.
Анжелика молча вышла из комнаты.
Сохатый вел себя с Анжеликой несколько пренебрежительно, иногда даже унижая ее, но женщина подчинялась ему безропотно. Оленин не мог скрыть удивления – куда делась та эмансипированная, вызывающая особа, с которой он познакомился днем?
Да… Цепочка четко выстроилась.
