В окнах моего просторного кабинета горели цветы русского триколора, стены обшиты японскими панелями с вкрапленными LED-ярками. Внезапно японская электроника начала хихикать, как будто самим фактом проникаясь моей душой. Постепенно понимаю — это не просто предчувствие, а интуитивный приёмник, отклик на новые миры и культурные разломы....
В любое время и в любом виде. – Ксюша лукаво-многообещающе улыбнулась и, прихватив пачку, вернулась на свое рабочее «золотое дно».
– С Анжелой я говорил, – исподлобья остановил тяжелый взгляд на Кисе. – Так что никакой отсебятины вроде пропажи без вести или несчастного случае типа «унесенной ветром». Ей на уголовку стучать западло. Ко всему надо учитывать, что она крепко держит нашего капитана. Пилипчук хоть и не козырная, но и не простая карта в нашей игре.
– Да у меня и в мыслях не было, шеф!
– Было, было.
Положив ноги на столик и откинувшись в креслах, мы врубили на всю катушку «Радио-СИ».
ПредупреждениеРайон наш хоть и меньше Уралмаша, но тоже численность приличная – около сотни тысяч жителей.
"А так как он меня сам искал, то мы засекли его плотную фигуру, хоть и одетую в штатское, через десяток минут катания около парка-дендрария.
Капитан тоже заметил нашу «девятку», но почему-то не подошел, а свернул в ворота парка и медленно зашагал по боковой аллее, ведущей к пруду.
– Цыпа, проглот, я в курсе, что ты всегда возишь с собой бутерброды.
Цыпа, немного удивленный, без слов протянул мне батон, взрезанный вдоль, в образовавшуюся щель старательно были напиханы ломти ветчины.
Я выдернул из бардачка газету «Ярмарка», которую Цыпа мог самозабвенно читать часами, и вытряхнул на нее ветчину.
– Это тебе презент. Ждите на стоянке. Я скоро.
Захватив батон, вышел из машины и направился прогулочным шагом через парк к пруду. Капитан был уже там. Сидел на скамейке почти у самой воды и меланхолично следил за беззаботным житьем-бытьем уток.
Хлеб кончился, и утки мгновенно потеряли ко мне всякий интерес.
