Необычайная судьба монографии "Смотрю на мир глазами волка" превратила автора из гангsters-шоу в поэтра, который решительно отказывается от пьянки и вралов. Теперь Монах пишет реалистичные рассказы о криминальной жизни для журнала "Урал", заставляя читателей впервые взглянуть на преступность через глаза настоящего разведчика....
Я прилег в углу прямо на доски и моментально улетел в бездонную черную яму.
Сон продолжался недолго – по наручным часам всего два часа. С трудом поднялся, меня знобило. Закружилась голова, но слабость быстро прошла. Заперев гараж на висячий замок, без всякой цели пошел по шумно-суетливой улице. Все казалось каким-то нереально чужим. Бегали по двору малыши, визжа от непонятного восторга. Деловито урчали на шоссе автомобили, люди на тротуарах спешили куда-то. В сквере голодные худые воробьи ссорились из-за хлебных крошек, щедро разбрасываемых какой-то допотопной старушенцией с клюкой.
Все было старо и одновременно ново.
Я удивился, что раньше не обращал на подобные житейские мелочи внимания, равнодушно проходил мимо. А сейчас они вызывали в душе какое-то щемящее чувство грусти, даже умиления, как по безвозвратно утерянному.
«А ты ведь просто боишься тюрьмы. Вот и запаниковал!» – шепнул противно-насмешливый внутренний голос, будто я и без него этого не знал.
Глава 9
Выпив подряд три стакана пива у автомата, взглянул на часы и тут только вспомнил, что в пять часов меня приглашал к себе Генрих.
«Пойти или нет? Можно и не ходить, раз собираюсь расстаться с компанией Артиста. Но там я могу встретить Тамару... Пойду! Да и надо предупредить ее. Она, конечно, и не догадывается, с кем связалась. Нужно вытягивать девчонку, пока никуда не вляпалась по наивности».
В это время я проходил мимо городского ювелирного салона «Бриллиант». «Дельная мысль, – оживился я.
Когда вышел из «Бриллианта», в кармане у меня покоилась семидесятирублевая сафьяновая коробочка с миниатюрным изящным кулоном из золота под весьма символическим названием «Фортуна».
Вот и место назначения. Поднявшись на второй этаж, неуверенно позвонил. Открыла Тамара.
– О, ты верен слову, молодчага! – томно улыбнулась своими чудными губками бантиком.
– А Генрих где? – я немного смешался от такой фамильярной встречи.
– Да... Не знаю. Он не скоро появится. Времени у нас вагон. Ты мне не рад разве? Ой-ой, какое хмурое лицо! Сейчас же улыбнись! Вот так! Люблю послушных мальчиков!
Тамара открыла бар на колесиках.
– Пригубишь что-нибудь для смелости?
– Нет... Но чуть-чуть можно.
– Ах ты, пай-мальчик! – Тамара разлила в мелкие рюмки зеленый ликер «Шартрез».
