Необычайная судьба монографии "Смотрю на мир глазами волка" превратила автора из гангsters-шоу в поэтра, который решительно отказывается от пьянки и вралов. Теперь Монах пишет реалистичные рассказы о криминальной жизни для журнала "Урал", заставляя читателей впервые взглянуть на преступность через глаза настоящего разведчика....
– А-а! Сосунок! С тобой-то я еще не рассчитался за первую встречу! – Серый вырвал руку и ударил, метя мне в висок, но я вовремя пригнулся и с силой, в которую вложил всю свою ненависть, полоснул ребром ладони Серого по кадыку, а когда стал падать, пнул его в печень.
Серый тонко ойкнул и бесчувственным кулем рухнул на землю.
Бобров, воспользовавшись моментом, вырвался на улицу, сбив на пути Артиста с ног. Тот, рассвирепев, выхватил нож и хотел броситься за ним вдогонку, но Генрих остановил его, влепив отрезвляющую пощечину.
– Не будь ослом, Жорик! Мы с ним еще встретимся, и навряд ли тогда он отделается больничной койкой! Будь уверен!
– А как это понимать?! – еще не вполне охолонув, повернулся ко мне Артист. – Что ты сотворил с Серым, Джонни?
– Пустяки! – я напряженно улыбнулся. – Минут через пяток очнется и будет как новенький! Кстати, Жора, я покидаю вашу теплую компанию, прощай! – резко повернулся на каблуках и пошел к выходу из парка. Заслышав за спиной торопливые шаги, вынул кастет и обернулся.
– Джонни, я с тобой. Будь что будет!
– Лады! Ты не так глуп, как кажешься.
– Постойте! – к нам подошел Артист, его морду аж перекосило от ярости. – Вы что, донести на меня собрались?
– Нет, Жорик. Ты и без наколки спалишься – нервишки тебя опять подведут. Скорее всего к стенке!
– А-а, понял! Схватил кусок и решил больше не рисковать? – Артист чуть не срывался на крик.
– Ты ко всему еще и дурак! – я швырнул на землю смятые ассигнации. – Держи на чай, то бишь на водку!
Жора, как я и был уверен, не побрезговав, стал собирать деньги.
Глава 11
– Куда двинем? – нарушил молчание Дантист, когда парк остался далеко позади.
– Не знаю... А впрочем, пойдем-ка, посидим в один уютный скверик.
По дороге я купил в булочной длинный батон хлеба за двенадцать копеек.
– Ты чего? Голоден? – спросил Дантист. – Тут кафе недорогое поблизости, на углу.
– Нет, – усмехнулся я. – Просто очень вдруг захотелось совершить что-нибудь этакое...
Мы вошли в сквер.
– Ну да ладно! Будет воробьишкам приятная неожиданность – сытный завтрак! – Я присел на скамейку и раскрошил хлеб на тротуар.
– Знаешь, – попыхивая сигаретой, сказал Дантист, – я уже давно хотел завязать с Артистом, да духу не хватало. А когда ты заговорил об этом, я подумал – берешь на пушку. Провоцируешь... – Дантист провел ладонью по своему свекольному лицу.
