Криминальный роман о жестокой борьбе за власть в преступном мире. Банда опытного уголовника Монаха контролирует город через легальный бизнес, прикрывая рэкет и наркотрафик. Безжалостные методы и тактика уничтожения конкурентов делают группировку неуязвимой, но каждая империя имеет своих врагов.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Братва. Пощады не будет»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Криминальный роман о жестокой борьбе за власть в преступном мире. Банда опытного уголовника Монаха контролирует город через легальный бизнес, прикрывая рэкет и наркотрафик. Безжалостные методы и тактика уничтожения конкурентов делают группировку неуязвимой, но каждая империя имеет своих врагов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Михайлович Монах Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Криминальный роман о жестокой борьбе за власть в преступном мире. Банда опытного уголовника Монаха контролирует город через легальный бизнес, прикрывая рэкет и наркотрафик. Безжалостные методы и тактика уничтожения конкурентов делают группировку неуязвимой, но каждая империя имеет своих врагов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Заунывно-бодрячески звучала семиструнная гитара, и юный, но сипловато-хриплый голос пел, срываясь на нервно-надрывную тональность:
Здравствуй, мама, разве не узнала
Своего любимого сынка?
Юношей меня ты провожала,
А теперь встречаешь старика...
В комнату, постучавшись, заглянула мама.
– Тебе все еще не надоели эти пропитые голоса?
– К крику моды надо прислушиваться. Даже если он с хрипотцой... И потом, это народный фольклор, – ответил я, не открывая глаз, чтобы мамуля не засекла, что я натурально «поплыл» от недавнего возлияния."
"– Будь по-твоему. Но все-таки убавь громкость этого фольклора, – попросила мама и плотно прикрыла за собой дверь.
...Так наливай, мамаша, больше водки!
Боль в груди я водкою залью!
Позабуду лагерные муки
И для сердца что-нибудь спою...
Глава 2
Таранным ударом ноги я распахнул высокую тяжелую дверь, которая крокодильски-злобно клацнула за моей спиной, и оказался на улице.
Оглянувшись, отвесил шутливо-издевательский прощальный поклон общеобразовательной школе, над входом которой какой-то циник огромными красными буквами вывел нитрокраской: «Оставь надежду, всяк сюда входящий!»
Насвистывая «Миллион алых роз», направился домой. В голове на разные лады победно звучало долгожданное слово: каникулы? каникулы... каникулы!!!
Ранец, казавшийся во время школьной учебы пудовым, сейчас вдруг невероятно полегчал.
Красные полированные бока трамваев отсвечивали на солнце, радостно ожидая свою летнюю недогрузку в связи с тем, что большинство горожан отправятся в отпуска. И практически исчезнет час «пик», когда бедным трамваям приходилось вмещать в себя вдвое больше пассажиров, чем предусмотрено нормой.
Придя домой, я первым делом закинул ранец подальше в шкаф, переоделся в джинсовый костюм и выскочил во двор.
«Здесь мне делать нечего!» – сделал я вывод, увидя, что, кроме малышни в песочнице, сопящих от усердия над сооружением чего-то понятного только им, во дворе никого нет.
У кинотеатра «Октябрь» терпеливо томилась очередь. Показывали новый американский боевик. Мне нравились подобные фильмы. В них главным бессменным героем обычно был крутой парень с вечным «кольтом» у бедра, всегда готовый постоять за себя, находчивый и неунывающий даже тогда, когда жестокая судьба гладит его против шерсти.
Вдруг кто-то тронул меня за плечо.
– Есть лишний билетик. Рубль – и он твой! – услышал я знакомый голос.
Оглянувшись, увидел Дантиста. Тот удивленно сморгнул и неестественно захихикал.
– Здорово, Джонни! Что поделываешь?
– Я-то ничего. Дневной моцион. А ты что, в фарцовщики заделался? Или у тебя хобби такое? – поинтересовался я, насмешливо прищурившись.
– Да нет, браток, что ты! Это я так...
