Автор
Рябогого лица глава медленно оглядывался вокруг, напряженно размышлял. Как это случилось? Его верный отряд чуть не погубил его в стремлении помочь бежать партизанам. Теперь он ясно понимал: приход к Фомину был ошибкой. Но когда-то казалось, единственный выход – продолжать бороться и уйти из войны....
"
"Когда молодая учительница русского языка и литературы Клавдия Ивановна, выслушав его с улыбкой, спросила Геннадия, что такое брегет, мальчик стушевался, покраснел, ругая себя: вот, не удосужился заглянуть в толковый словарь, уютно расположившийся на полке книжного шкафа, и с волнением ждал, что Клавдия Ивановна посмеется над ним – и справедливо. Но учительница повернулась к классу и принялась объяснять:
– Ребята, брегет – это такие необычные карманные часы с боем. Кстати, как вы думаете, почему Александр Сергеевич повторил это слово в романе несколько раз?
Ребята зашелестели страницами, пытаясь отыскать «брегет», а Геннадий тихо спросил учительницу:
– Вы поставите мне двойку?
Она расхохоталась, и в голубых глазах вспыхнули искорки:
– Да что ты, Гена? За что «два»? Ты выучил очень трудные строфы.
– Спасибо, – пролепетал он. – Извините, что я не посмотрел в словарь.
Клавдия Ивановна махнула рукой:
– Знаешь, я тебе даже благодарна. Ты дал нам пищу для размышлений.
В тот день Геннадий дал себе слово найти все о брегете, но слово не сдержал. Учительница не просила отыскать дополнительные материалы, а кроме литературы были еще и другие предметы. Странно, что судьба второй раз сталкивала его с этим словом. Что ж, на этот раз он все узнает.
Перед работой Беспальцев зашел в библиотеку возле дома, в которой вот уже несколько лет были записаны жена и дочь, и попросил пожилую библиотекаршу с пучком седых волос на затылке, сухую и сгорбленную, найти ему книгу о брегетах и, если можно, записать на формуляр жены.
– Скажите, вы действительно работаете в милиции?
Он кивнул:
– Конечно. Но откуда вам это известно? Кажется, я ничего подобного не говорил.
Она улыбнулась:
– Ваша жена, Галя, как-то обмолвилась.
Геннадий скривился. Он не любил, когда жена рассказывала встречному и поперечному, где он работает.
– Да вы не сердитесь на нее, – примиряюще заметила старушка.
