Автор
В мире маркетинга нет таких простых правил как в жизни. Стильный персонаж Эл Райс увещевает нас: забудь о формальных принципах, и ты будешь свободен для извращенных мыслей. Но две подруги, Анечка и Лизка, не верят в то, что нельзя путешествовать одна. Катя Кошкина — пример того, как нужно подходить к глобальным персональным сражениям....
Кто же знал, что всё настолько серьезно, что даже Питбулька вас в зубах не удержит…
На откровенное непонимание мужчин Люся пояснила:
— У нас во дворе так Нору звали. Если она на что глаз положила, у нее это было не забрать.
— Так вы с нею с детства знакомы? — удивился Тим.
— Конечно. Она меня и пристроила сюда. Чтоб я за вами приглядывала. Но я в накладе не осталась.
— А с интеркомом сама придумала или подсказал кто? — задал вопрос Змей.
— Случайно вышло. Там действительно кнопка заела. Так интересно было послушать… А дальше… Я, конечно, политен так и не закончила, но трех курсов хватило, чтобы переключить провода с динамика на наушники.
— Много денег получили?
— Все относительно. Что для меня много, для Тяжелкова — два пальца об асфальт. А вы зачем интересуетесь, Евгений Петрович? Прицениваетесь или пытаетесь сориентироваться, какую сумму искать?
— А вы, Людмила Михайловна, уверены, что мы не найдем?
— Уверена.
— И все-таки не выезжайте пока из города.
— А что, я под следствием?
— Пока нет. Но уже почти.
— И в чем вы хотите меня обвинить?
— В промышленном шпионаже, Люсенька, — вмешался в их диалог Тимур.
— Тю-у-у. Так это еще доказать нужно…
— Ну, у нас, например, есть запись этого разговора.
— Ну, так и подотритесь ею, Тимур Александрович. Евгений Петрович в уполномоченных органах уже давно не работает, а вы, как мне известно, и не работали никогда. С таким бланшем сейчас меня и мама родная не узнает.
Тимур перевел недоуменный взгляд на Змея.
— Ваша секретарша, которая не от слова «секрет», намекает, что в суде эта запись как доказательство почти наверняка принята не будет. И даже по голосу ее невозможно идентифицировать, потому что обычно эксперту требуется минута непрерывного говорения. Вроде, и судимостей у вас не было. Откуда такие уголовно-процессуальные познания?
— Должна же я была узнать, чем рискую. Так что, Тимур Александрович, мне еще две недельки повредить, или сразу подпишете?
— Тимур, подписывай.
— Ай-ай-ай, Евгений Петрович… Что ж вы так? Я-то обрадовалась: то всё «Люськой» была, а тут вдруг стала «Людмилой Михайловной». Такое повышение! Не успела погордиться, а вы — хоп! — и сразу «гадюка». К тому же я не понимаю, а что вам не нравится? Всё же разрешилось к вящей выгоде сторон.
— И в чем же выгода? — поинтересовался Змей.
