Ночью ветер ожесточается, и мир вокруг напоминает гнетущую пустоту. За окнами шумит мокрый ливень, а на улице тесно переполнены машинами – суетой автомобилей под дождем создает необычайное состояние нервозности и напряжения. Возле одного из них застрял новый Mercedes, но его презрительный блеск отражается на всей толпе, будто стыдясь своего присутствия в этом безрадостном месте....
Как ни крути, а она целиком и полностью находилась в его власти, и он мог сделать с ней все, что угодно его развращенной душе.
Катя должна была ясно осознать свою бесправ-ную участь и смириться с ней, иначе придется перебраться в подвал. Именно эту мысль и внушил ей Красницкий.
Катя понимала, что этот мерзавец может превратить ее жизнь в сущий ад, но она не хотела сдаваться. Хотя и не зарекалась от предательства. Возможно, ей придется изменить самой себе. И Косте…
Глава 20"
"Глаза у Красницкого теплые, во взгляде понимание, на лице участливое выражение, но во всем этом чувствуется фальшь.
– Виноват, каюсь, не должен я был знакомить Алексея с вашей Катей. Но он очень просил и даже настаивал. И мы с ним деловые партнеры, как я мог ему отказать? – сочувствующе вздохнул Красницкий.
Спартаку не пришлось томиться в ожидании встречи с ним. Достаточно было одного звонка, и вот он здесь, в отдельном кабинете ресторана. Красницкий хотел принять его в своем офисе, но не стал отказываться от встречи на нейтральной территории.
– Да, я в курсе, что у тебя с Саврасковым деловые отношения, – кивнул Спартак. – Ты хотел купить его «Трансметалл-АА».
– Не понял. При чем здесь это? – удивленно повел бровью Красницкий.
Не думал он, что Спартак в курсе таких тонкостей его деловой политики.
– «Трансметалл» – это «дочка» «Главстальбанка», ключевое звено в системе предприятий, принадлежащих Савраскову.
– Да, я олигарх и должен играть по крупному, – нахмурился Красницкий. – Но кто тебе сказал, что на место Савраскова кто-то придет? Саврасков есть и никуда не делся. Просто сейчас он с твоей Катей…
– Кого лечишь, Феля? – презрительно скривился Спартак.
