В жестокой футбольной битве на поле действия становятся неважны обычные правила: вопли и стоны разносятся по скромному дворянскому сельсовету. Спартак, словно царь в своем кремлевском троне, подставляет левую руку для защиты головы, которая уже не может ожидать мяча для лапты, а готова рассыпаться как городошная фигура....
– Ждешь, пока я продамся? – глянув на него через зеркало, усмехнулась она.
– Жду, пока ты продашься мне, – с той же насмешкой уточнил он.
– А с какой это стати?
– Ты очень красивая. Ты очень умная. Ты лучше всех. Но ты принадлежишь Спартаку. И так просто ты от него не уйдешь.
– А непросто?
– Чтобы ты от него ушла, я должен создать все условия. Во-первых, жениться на тебе…
– Дальше можешь не продолжать. На первых порах мне хватит и этого.
– Тогда я готов сделать тебе предложение.
– Так в чем же дело?
– Я должен встать на колено, попросить твоей руки и подарить перстень с бриллиантом.
– Допустим, я осталась с тобой. Дальше что?
– Ну, мы люди современные. Спать ляжем вместе. Мы же не будем тянуть до свадьбы?
Жанна повернулась к нему лицом, он подал ей бокал с вином:
– На брудершафт?
– Легко, – многообещающе улыбнулась она.
Сначала соприкоснулись их бокалы, затем губы, смоченные хмельным вином. Сначала на пол полетел его бокал, затем и Жанна отбросила в сторону свой.
Резким движением он развернул ее к себе задом, просунул руки под боковые вырезы платья, облапал пышную высокую грудь, затем обнажил ее.
Кресло мягкое, и ее коленки с тихим шелестом утонули в них. На спинку она легла грудью, но Хазар заставил ее опереться на вытянутые руки. Потянул девушку на себя, чтобы выгнулась ее соблазнительная спина… Красивая поза и до предела возбуждающая.
Жанна дает понять, что ему можно все.
Хазар помнил, как брал ее в первый раз, на кресле в своей машине. Он мог бы просто освежить воспоминания, если бы тогда чувствовал хоть малую толику того, что испытывал сейчас. Тогда он брал одну из многих, а сейчас под его натиском стонала и выгибалась лучшая из лучших.
Если бы не Спартак, он мог бы жениться на ней без всяких условий…
3Аркадий Алексеевич осуждающе качал головой:
– Рано вам еще выписываться, рано.
Но Спартак лишь усмехнулся в ответ. Он уже выписался.
– Ты мне лучше скажи, где Юля?
– Дьякова? Так отпуск она взяла…
Почти неделю день за днем Спартак ждал ее, но Юля так и не появилась. Он готовил слова, но так и не смог их произнести.
– Понятно… Ты извини, доктор, если что не так.
– Да, извини, – повторил Мартын. И сунул в карман белого халата несколько сотенных купюр.
