В жестокой футбольной битве на поле действия становятся неважны обычные правила: вопли и стоны разносятся по скромному дворянскому сельсовету. Спартак, словно царь в своем кремлевском троне, подставляет левую руку для защиты головы, которая уже не может ожидать мяча для лапты, а готова рассыпаться как городошная фигура....
Оружия у них в руках нет, но и «спартанцы» без железа. Они, само собой, тоже набычились, выставили, что называется, рога. Их всего восемь человек, хотя, возможно, кто-то сейчас в морге, с телом Спартака возится.
– Какого хрена? – злобно спросил Мартын.
Он был на голову ниже Хазара, но это не мешало ему смотреть на него сверху – вниз. Сильный у него взгляд, пронзительный. Такое ощущение, что он до сих пор чувствует за собой личную мощь Спартака. Может, поэтому и не отходит от морга, чтобы подпитываться его хоть и мертвой, но все еще ощутимой энергией.
– Что-то не так? – глядя на него, хищно сощурился Хазар.
Круто смотрится Мартын, не вопрос. И его дружки выглядят солидно. Но Хазар не очень-то их и боится. Поэтому и чувствует себя вполне уверенно. Разумеется, это не может не отражаться на его поведении. Он чувствует в себе силу, поэтому может давить ею на собеседников.
– Слетелись, стервятники, – презрительно сплюнул ему под ноги Угрюм."
"– Ну почему же стервятники? – ехидно ухмыльнулся Хазар. – Может, мы соболезнования принесли?
– Тогда посыпь голову пеплом и удавись, – скривился Гобой.
– Чьим пеплом? Спартака?
– Не дождешься.
– Он что, жив?
– Живее всех живых. Как Ленин. И сжигать его никто не станет. Мавзолей для него построим.
– Ух ты!
– Ехал бы ты отсюда, Хазар, – с мрачным видом посоветовал Мартын.
– Нарываешься?
– Ну, нарываюсь, и что?
– Опасное это дело. Я понимаю, Спартак рядом, ты от него греешься. Но ведь он готовенький и на стрелку с вами не поедет.
– Ну, вот и стрелкой завоняло, – поморщился Гобой.
– Раз нарвались, значит, будет стрелка. Я просто на Спартака глянуть хотел, а вы нарвались…
– Стрелка так стрелка. А тема? Рынок?
– Люблю иметь дело с понятливыми людьми.
– Это ты нам потом скажешь, когда мы тебя на понятия натянем, – ухмыльнулся Мартын. – Учти, больно будет.
– Ему не привыкать, – фыркнул Гобой. – И Носорог его натягивал, и Спартак.
– Ну, и где сейчас Спартак?
– Давай на стрелу подъезжай, мы тебя к нему отправим.
– Да нет, ему вы нужнее. С друзьями на том свете веселее.
– Ты меня уже уложил, – скривил губы Гобой. – Я уже со смеху валяюсь.
– Валяется тот, кто лежит с пулей в башке. Завтра валяться будешь. Встречаемся у Гнилого озера, в четырнадцать ноль-ноль. Сколько сможете выставить бойцов, столько и выставляйте. Все равно всех положим…
– Да мы уже сейчас на тебя ложим…
– Завтра за свой базар и ответишь.
