Автор
В Бриллиант Фортуны - мире политических заговоров и коварных интриг. Особый агент получает редкое задание от Графа Чернышёва, вызывая нервозность даже человеку выдержки министра. Погружайтесь в драматичную атмосферу кабинета военного, полного напряженной ритмики и загадочных взглядов на большие часы....
Эльстон сзади несильно ударил его чем-то тяжелым по затылку. Пленник упал на колени.
– Довольно, Фредо, – сказал Огюстен, морщась. Правая его рука была перевязана выше кисти.
Эльстон пожал плечами и сделал шаг назад."
"– А все равно получилось по-моему, – сказал Огюстен Алексею, который все еще стоял на коленях. – Фредо, он не привел за собой хвоста?
– Наши чуть ли не час наблюдали за мостом. Ничего не заметили.
Верхняя губа Огюстена вздернулась, обнажив желтоватые клыки.
– И что, никто из мальчиков Видока поблизости не крутился?
– Никто.
– Ну ладно, – сказал Огюстен, передернув плечами. – Камень у тебя?
Алексей медленно поднялся и поглядел на этого недомерка сверху вниз.
– Я спрашиваю: камень у тебя? – повторил Огюстен чуть громче. Левая рука его сжалась в кулак.
– У меня, – угрюмо ответил молодой человек.
– Давай его сюда. – Огюстен протянул открытую ладонь.
Алексей вскинул голову.
– Сначала отпусти девушку, – потребовал он.
Огюстен усмехнулся и кивнул тем, кто держал Александру. Они отошли назад, и великая княжна, спотыкаясь по грязи, побрела к Каверину. Она упала ему на грудь и заплакала.
– Все хорошо, Адини, – промолвил он вполголоса. – Я здесь. Все хорошо.
– Камень, – со скучающей гримасой повторил Огюстен.
Алексей кивнул, сунул руку в карман и извлек оттуда жилетные часы, после чего нажал на скрытую пружину. Задняя крышка откинулась, обнаружив небольшое углубление, в котором лежала сверкающая «Принцесса грез».
Коко Ювелир только головой покачал, увидев столь хитрую механику.
– Занятно, – пробормотал он.
С ненавистью взглянув на Огюстена, Алексей уронил холодный камень в его маленькую ладонь.
– Спасибо, – ответил Мышиный Король почти шепотом и мягко улыбнулся.
Уже при виде этой улыбки Алексея охватило нехорошее предчувствие. Огюстен передал камень Коко, который тотчас вооружился своим моноклем, а сам сложил ладони вместе и отвесил офицеру издевательски вежливый поклон.
Каверин оглянулся. Вокруг были пустыри, какие-то покосившиеся заборы, а впереди маячили стены «Санлиса». Бежать? Куда – на пустыри? На открытом пространстве нет ничего проще, чем заработать пулю в спину.
– Алексей… – прошептала княжна, вцепившись в его руку. – Они не отпустят нас.
Алексей осторожно высвободил руку и стал боком, закрывая собой Александру. «Если они начнут стрелять»… – мелькнуло у него в голове.
