Автор
В Бриллиант Фортуны - мире политических заговоров и коварных интриг. Особый агент получает редкое задание от Графа Чернышёва, вызывая нервозность даже человеку выдержки министра. Погружайтесь в драматичную атмосферу кабинета военного, полного напряженной ритмики и загадочных взглядов на большие часы....
– Значит, вы все-таки поддались ему? Да или нет?
– Нет, черт вас дери, нет!
– Тогда почему вы, а не он, чуть не отправились к праотцам? Ведь он ударил вас исподтишка, я знаю. Никак иначе он не смог бы вас одолеть. Зачем вы позволили ему ранить себя? Почему не убили сразу же? Чего ждали?
– Я не хотел…
– Ага! Вы не хотели его убивать! Интересно, почему, а? Он посулил вам денег? Обещал сдаться? А? А?
– Да подите вы к черту! – не владея больше собой, крикнул Алексей. – Да, я пощадил его, потому что… потому что мне стало жаль его! И ничего он мне не обещал! За свою любовь он дрался до последнего, как мужчина, понимаете? Но он обречен, потому что я фехтую лучше.
– Погодите минуточку, – подозрительно проговорил Видок. – Так за что там дрался мсье Эльстон? За свою любовь?
– Да, – немного успокоившись, ответил Алексей. – Он раскусил меня точно так же, как только что вы. Но он не стал предавать свою… ту, кого он любил.
Наступило молчание. Неожиданно губы Видока раздвинулись, глаза утонули в сеточке мелких морщин, – и, нимало не стесняясь, он залился громким, кудахчущим, веселым смехом.
– Господи! – простонал он. – Бедный мальчик! Мой бедный мальчик! Что же вы наделали! Господи, вот умора!
Алексей, пораженный до глубины души, смотрел на него, ничего не понимая. Смех прямо-таки распирал Видока. Наконец он захохотал во все горло и откинулся на спинку кресла.
– Боже мой, – простонал он между приступами хохота, – до чего же это забавно! На спину упал и нос себе сломал! Умереть можно, честное слово!
– Рад, что мои слова кажутся вам такими смешными, – сердито сказал Алексей, на самом деле глубоко уязвленный.
"Но тут Видок захохотал так дико, что едва не свалился с кресла. Он изо всех сил пробовал сдержаться, но, едва его взгляд падал на молодого человека, как начинался новый приступ. По щекам бывшего полицейского текли слезы, он силился что-то выговорить, но не мог и только показывал на лежащего пальцем.
– Ей-богу… вот умора! Ой, не могу, не могу, не могу!
Он поперхнулся слюной и закашлялся. Алексей насупился.
– Простите, – кротко проговорил Видок, утирая слезящиеся глаза большим платком, – но я не смог сдержаться. – Он спрятал платок и покачал головой. – Нет, это просто поразительно. Теперь я вижу, что Фредó Болтун вполне заслуживает свою репутацию, если он сумел убедить даже вас.
– Фредо кто? – переспросил Алексей, холодея.
