Автор
Ловами он снова потерял сознание. Очнувшись, Артем ощущал странное бормотание над ухом и прозрачную "крышку", явно не гробовую. Такое чувство, будто кто-то пытается его вывести в нечто непонятное и опасное, и Артем с головой готовится к неведомым приключениям.
Не знаю, почему, но ты не хочешь, — с этими словами она стремительно выскочила из рубки.
— Вот и поговорили, — растерянно развел руками Артем, глядя ей вслед.
* * *— Ты уверен, что не хочешь стать правителем? — спросил Дока, и Артем, не ожидавший такого вопроса, поперхнулся любимым напитком.
— Ты специально дожидался моего глотка, чтобы под руку спросить? — возмутился парень, откашлявшись и утерев брызги кофе.
— Извини, — усмехнулся искин. — Не думал, что ты так бурно отреагируешь.
— Глупый вопрос, приятель, — успокоившись, вздохнул Артем.
— А почему еще? — не понял Дока.
— Да потому, что каждый человек имеет свой характер. Свои мечты и желания, а это создает в отношениях острые углы, споры и обиды.
— Ты опасаешься предательства? — по-своему понял его слова искин.
— И этого тоже, — помолчав, мрачно кивнул парень, вспомнив историю с сестрами.
— Но с экипажем можно заключить официальный контракт, в соответствии с которым каждый будет исполнять свои обязанности…
— Угу, и плюнув на который, с удовольствием предаст, почуяв серьезную выгоду. Нет, Дока. Это все не для меня. Знаешь, я только здесь понял, что устал разочаровываться в людях, — устало вздохнул Артем.
— Но ведь этим людям нужна помощь, а ты сам говорил, что помогать слабому в традициях твоей расы.
— Моего народа, — поправил его парень. — И не надо путать холодное с мягким. Одно дело, когда человек слаб от рождения или из-за болезни и не может справиться с обстоятельствами сам, и совсем другое, если эта слабость результат его образа жизни. Либистийцы сами придумали себе такой образ жизни и теперь пытаются его сохранить, даже не предпринимая попыток измениться.
— Да. Ты прав. Так бывало, — помолчав, кивнул Дока. — И тебе их не жалко?
— А при чем тут жалость? — удивился Артем. — Ты снова путаешь понятия. Тут вопрос не в жалости, а в умении подстраиваться под обстоятельства.
