Колл мастерски добавил последние детали своему роботу перед тестированием. Гараж стал не просто местом для разработки, но и схваткой между механическими героями. Вскоре один из них неожиданно уничтожится в куче металлических осколков.
– Что ты нашел? – спросил подошедший к Коллу Аарон. Тамара присела рядом.
Колл поднял крышку…
…и на него уставилось лицо Константина Мэддена.
Коллу показалось, что ему врезали кулаком в живот.
На снимке был Константин, никаких сомнений. Он знал его лицо не хуже своего собственного, и причин тому была не одна и не две.
Его лицо на фото было видно не целиком. Половина лица была все еще молода и красива. Вторую закрывала серебряная маска. Не та, что носил мастер Джозеф, когда притворялся Врагом. Эта была меньше – она прятала лишь ужасные ожоги, что Константин получил во время побега из Магистериума.
Константин стоял среди группы магов, одетых в одинаковую скучную зеленую форму. Колл узнал одного из них: мастера Джозефа. На этом снимке он тоже выглядел моложе, волосы его были каштановыми, а не седыми.
Прозрачные серые глаза Константина смотрели прямо на Колла. Он точно улыбался лично ему, прямо из прошлого. Улыбался самому себе.
– Это Враг Смерти, – тихо сказал Аарон, прислонившись к плечу Колла.
– И мастер Джозеф, и кучка других последователей Константина, – напряженным голосом добавила Тамара. – Я узнаю нескольких. Я начинаю думать…
– Что Анастасия Тарквин была одной из них? – договорил за нее Колл. – Здесь творится что-то странное. Браслет Врага открыл ее дверь, у нее есть его фотографии…
– Она могла хранить этот снимок не из-за него, – возразила Тамара, – а из-за кого-то другого рядом с ним.
Колл с трудом поднялся, ноги не слушались. Он повернулся к сейфу и сжал руки в кулаки.
– Константин, – сказал он.
Ничего не произошло. Тамара и Аарон замерли в тех позах, в которых были: склонившись над открытым ящиком Анастасии и глядя на него. На лицах обоих застыло совершенно одинаковое выражение – выражение, что Колл про себя определил как «примирение с тем, что он есть зло». Большую часть времени друзьям удавалось игнорировать или не вспоминать о том факте, что душа Колла принадлежала Константину Мэддену.
Но не всегда.
Колл подумал о последователях Врага Смерти.
