Здесь кроется опасность и удача. Командир вахты привычно обращается к своим подчиненным на борту маленького корабля "охотника". В этот мир, полный приключений, заходит молодой лейтенант Парамонов, готовый раскрыть свою судьбу.
Американец проявил хорошую выдержку, но потом сбился, забыв, что катер пришел именно за ним. Топлива пока еще хватало.
– Знаете, Хейли, – сказал Шелестов, – может, все-таки не стоит вам с нами. Вы свое задание выполнили, сообщили об острове, координаты сообщили. Если что еще найдется или, наоборот, не подтвердится, мы сообщим на борт вам и Груздеву. А?
– Я получил приказ, подполковник! – твердо заявил Хейли. – Я должен во всем убедиться сам и доложить лично, а не с ваших слов. А опасность… Война, а я солдат! А приказы принято в армии любой страны выполнять.
Шелестов смотрел на американца и думал, верить ему или нет. По рассказам Буторина и Когана, Хейли сражался храбро и себя не щадил. Боец толковый, грамотный, подготовленный. Пожалуй, лучше ему верить, учитывая малочисленность группы. Да и Сосновского хотелось найти, а ради этого Шелестов готов был верить и черту и дьяволу, пока тот помогает в описках. Кивнув американцу, он спросил:
– Каковы будут действия вашего командования, когда вы доложите, что остров найден и это тот самый, на котором расположена японская секретная лаборатория?
– Я этого не знаю.
– Но для этого вы должны представить неопровержимые доказательства, – подвел итог Шелестов.
– Разумеется."
"Катер подходил к берегу на малых оборотах и при потушенных ходовых огнях. Ночь была тихая и безлунная. Каким образом Парамонов сумел отыскать в темноте остров и даже вывести судно к нужной точке на берегу, было непонятно.
И когда катер подошел к острову в том месте, где был слышен вчера звук мотора, Парамонов вдруг весь напрягся. Он подвел судно к мелководью, к самым камням и приказал опускать якоря. Голос у него был торопливый, тревожный. И как только суденышко надежно закрепили якорями, он взбежал на нос и стал осматривать берег.
