От удара стволом у тебя на животе к вечеру будет такой кровоподтек, никакие доказательства не понадобятся. Начальник еще удивится, как ты сумел подняться и продолжать бой. Все! Телефон мой помните, повторите приметы разыскиваемого террориста. Ты, Иван, – закончил инструктаж Гуров. – Я тебя слушаю.
– Ну, – лейтенант замялся. – Около сорока лет, рост сто семьдесят с небольшим, точно мой, вес около семидесяти, шатен, или нет, скорее темный блондин, одет стильно, но не современно, имеет легкий акцент.
– Уверен, что к вечеру сообщу дополнительные приметы, – сказал Гуров. – Все, закончили.
* * *Гуров заехал домой, принял душ, побрился, переоделся, выпил две чашки крепчайшего кофе и отправился на службу. Наступила суббота, коридоры пустовали, но Орлов был уже на месте. На столе генерала лежали два пистолета, стопка бумаг, он сам сидел сгорбившись и закрыв глаза.
– Здравствуй, здравствуй, – приветствовал он вошедшего Гурова. – Выглядишь отлично, как огурец с грядки, не то что некоторые. – Орлов кивнул на дремавшего в углу Крячко.
– Некоторые от страха отойти не могут, – пробурчал Крячко, не открывая глаз. – Я, между прочим, пожилой полковник, а не тридцатилетний боец “Альфы” в бронежилете.
Станислав друзей знал прекрасно и не сомневался, что его слова не примут за хвастовство.
– Лев Иванович мне орден обещал да пожидился. Станислав Крячко всю жизнь крайний. Генерал, может, отгул дашь?"
"– Совесть поимей, – ответил Орлов. – Ты хоть немного спал, а Лева третьи сутки на ногах.
– А я с ним и не равняюсь. Он Гуров, ему все дозволено. Рюмку бы налили, на фронте полагалось. – Станислав валял дурака и довольно улыбался.
Орлов изобразил недовольство, хмурил белесые бровки, которые несуразно смотрелись на его массивном мужицком лице.
– М-да, господа сыщики, работали вы долго, да единственная удача, что живы и здоровы остались. – Он отпихнул от себя пистолеты и бумаги с признаниями контрразведчиков. – Станислав, не говори, как хорошо быть генералом, присоветуй, что мне со всем этим дерьмом делать?
Наступило утро, конкретных дел не проглядывалось, друзья могли позволить себе немного расслабиться.
– После кончины великих людей, а все мы смертны, уважаемый Петр Николаевич, создается комиссия по творческому наследию, – ответил Крячко. – Молодые сыщики будут долго ломать головы над этими бумажками.
– Так, говоришь, парень дверь открыл и руку в кармане держал? А ты ему пистолет суешь?
– Рукояткой вперед, – уточнил Крячко. – Господин полковник сказали, что человек не может не схватить протянутое ему оружие. А я приучен Льва Ивановича слушаться.
– Признайся, Станислав, струхнул малость?
– Обязательно.