В центре романа - политическая борьба за власть, где неограниченные амбиции толкают людей на преступления. Главные герои вовлечены в опасную игру, где доверие становится иллюзией, а каждый ход может стоить жизни. История раскрывает механизмы манипуляции и предательства в верхних эшелонах...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Бросок кобры»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В центре романа - политическая борьба за власть, где неограниченные амбиции толкают людей на преступления. Главные герои вовлечены в опасную игру, где доверие становится иллюзией, а каждый ход может стоить жизни. История раскрывает механизмы манипуляции и предательства в верхних эшелонах...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Илья Валерьевич Деревянко Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В центре романа - политическая борьба за власть, где неограниченные амбиции толкают людей на преступления. Главные герои вовлечены в опасную игру, где доверие становится иллюзией, а каждый ход может стоить жизни. История раскрывает механизмы манипуляции и предательства в верхних эшелонах...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– “Волгу”, между прочим, за Усовым закрепили. Интересное совпадение, только зачем об этом надо подробно писать? – Он взял бумагу Гурова, посмотрел на свет, затем приложил чистый лист, что-то написал и сказал: – По количеству букв и интервалам подходит “пропал без вести”. Предупреждаю, в Солнцево я не поеду, ничего уточнять не стану. Известно, в документации по афганцам полный бардак, и пропал человек без вести или погиб – никто толком не знает, даже если гроб прислали – не факт, что погиб.
Крячко отодвинул свои ненавистные бумаги, задумчиво продолжал:
– Я тебя понимаю, интересно, многое совпадает...
Сейчас этому Данину было бы сорок, привлекался, жил неподалеку от Акима-Лёнчика, сержант-сапер, все в цвет. Но пятнадцать лет – не кот чихнул. Слушай, – Станислав оживился, – давай попробуем участкового найти. В те годы, помнишь, участковые дотошные были, все знали, не то, что сейчас, с утра стакан принял – и целый день свободен.
– Верно, – согласился Гуров. – Но инициатива наказуема, потому ищи, – и указал на телефон.
– Я рапорт не закончил, – пробормотал Крячко, поспешно укладывая бумаги в папку и запирая ее в сейф, придвинул телефон. – Райотделы переименовали в управления, но отделения, надеюсь, остались на местах. Кто там еще остался из работников конца семидесятых?
– Ты остался? Я тоже еще служу, почему участковый должен уйти?
* * *Но прав оказался Станислав Крячко: участковый, обслуживающий переулок, в котором некогда жил погибший или пропавший без вести в восьмидесятом году в Афганистане Вадим Леонидович Данин, был уже на пенсии. Иван Митрофанович Кузькин выглядел моложе своих шестидесяти, был сухощав, жилист и, несмотря на позднюю осень, со следами стойкого загара на лице. Приглашению в МВД Кузькин обрадовался и, когда Крячко, разговаривая с отставником по телефону, предложил прислать за ним машину, обиделся, заявив, что, слава богу, ноги пока носят.
Учитывая сложившуюся ситуацию, Гуров без предисловий задал вопрос напрямик:
– Иван Митрофанович, на обслуживаемой вами территории в семидесятых годах проживал Вадим Леонидович Данин. Понимаю, чуть не четверть века прошло, но, может, помните? Он в семьдесят пятом привлекался за хулиганку, а через год за грабеж.
– Раз привлекался, должен знать. – Кузькин нахмурился. – Вадим Леонидович Данин? Вроде у меня такого на примете и не было, но раз привлекался...
– Иван Митрофанович, – вмешался в разговор Крячко, – парню в то время двадцать минуло, отчества ему не полагалось.
