В Броске кобры ребята нашли специалистов — мясо замариновано и завтра на завтрак сержант получит шашлык, такого он не пробовал никогда. Человек аккуратный и предусмотрительный Данин берет несколько постных кусков с собой. Лейтенант распределяет работу: на середине скользкой шоссейки, где скала возвышается как двухэтажного дома, грядёт странный хищник....
Пусть покупает казино, притягивает в район кошельки.
– Тачку с человеком взорвали – это точно, – сказал осторожно Харитонов. – А что сделал тот самый – лишь предположение.
– Давай действуй, разберемся."
"Харитонов не первый год работал с Ляльком и показной простотой авторитета не обманывался. Казалось бы. Лялек, то бишь Ямщиков Яков Семенович, был понятен и прост. Природный лидер, пользуется огромным авторитетом среди бандитов, неумен, хитер и коварен, потому совершенно непредсказуем. Он был вполне зауряден, любил власть и деньги, чем, казалось бы, походил на Бориса Петровича Гая.
Гая не интересовало признание окружающих, ему было вполне достаточно осознавать свою власть, атрибутика его не волновала. В еде, питье и женщинах человек более чем нетребовательный. Гай использовал деньги лишь на подкуп чиновников, на укрепление своей власти.
Ямщикова-Лялька, наоборот, в основном интересовала внешняя сторона, унижение приближенных, а деньги он тратил на дорогие машины, которые бил немилосердно, и на девок, которыми увлекался мгновенно и так же быстро бросал.
Обо всем этом так или примерно так думал Харитонов, ужиная с Гаем в скромном чистеньком кафе. Прежде чем встретиться с новым деловым партнером, Харитонов навел о нем справки, был дотошен, как хороший оперативник. Он побывал и на работе Гая, и в его доме на Гоголевском и остался доволен.
– Вы не пьете? – спросил Харитонов, заметив, что рюмка Гая стоит нетронутая.
– Воздерживаюсь, – улыбнулся Гай. – Хотя порой и приходится.
– Я тоже стараюсь ограничивать, но общение с шефом порой обязывает.
– Меня привлекает антураж, чистота, тишина, холеная публика, красивые женщины; – Казалось, Гай был абсолютно искренен, но Харитонов ему не верил.
– Я слышал, что вы собираетесь баллотироваться в депутаты Думы, – сказал он. – Народ не станет голосовать за хозяина притона. Для совка, а за пять лет человек переродиться не мог, казино – притон.
