Автор
В темном подземелье ощущается не только холод, но и какое-то непонятное напряжение — душно и холодно вместе. Мрачная тьма поражена светом зеленого заклятия, которое расточительно ярко сжимается в крошечную «каплю» свечения, падающую прямо на сердце загадочной монеты.
В соответствии с уложением внутреннего распорядка: кабинет директора оставаться открытым не должен. Начал привычно прибираться: подметать, протирать, отмывать… Охранник за запертой дверью, если и слышал что-то, то привычные обыденные звуки: как шоркает метелка, как передвигаются стулья, чтобы помыть под ними, и как ставятся потом на прежнее место. Если охранник и мог что-то слышать, то слышал все, что слышал всегда.
В какой-то миг, добравшись с уборкой до дальнего конца кабинета, уборщик вдруг повел себя настолько странно, что увидь его кто-то из охраны, сразу бы поднял тревогу. Но его никто не видел. Он уронил на пол мокрую тряпку, на цыпочках подошел к двери и прислушался. Постояв немного, удостоверился, что за дверью тихо, он так же бесшумно вернулся к дальней стене, оттянул на себя край плохо прибитого плинтуса и выудил из щели крупную монету, а вместо нее вложил другую. Потом, как ни в чем не бывало, он закончил уборку и вышел. Охранник не удостоил его даже взглядом."
"Он прошел по коридору в хозяйственное крыло и юркнул в каморку, заставленную швабрами и ведрами. Плотно закрыл за собой дверь, очутившись в кромешной тьме. Он достал из кармана монету, взятую из кабинета директора и засветил. Света она почти не давала, но свет ему был и не нужен.
- Воспроизвести, - дал он негромкий приказ, и монета начала передавать запись. Запись всех разговоров, что прозвучали за этот день в директорском кабинете.
Прослушивание заняло немало времени. Уборщику приходилось несколько раз останавливать передачу, чтоб дать монете остыть. А когда он закончил прослушивать, на какое-то время задумался. Текли секунды, потом минуты, потом прошло полчаса, прежде чем уборщик, решившись на что-то, пошевелился, но лишь для того, чтобы достать еще одну монету – переговорную
- Клос вызывает, - негромко сказал он.
- Слушаю, - почти сразу раздался ответ.
- Они хотят отдать эльфа волчьему князю, - сказал он.
Ответа не последовало. Уборщик подождал некоторое время, а потом повторил:
- Они хотят отдать эльфа…
- Я слышал, - перебил его раздраженный голос, - Я думаю.
Уборщик замолчал. Монета начала подавать признаки перегрева, но он ждал.
- Других важных новостей не было? – раздался голос, когда уборщик начал думать, что монета вот-вот выгорит.
- Не было.
- Вытаскивай его.
