Автор
В темном подземелье ощущается не только холод, но и какое-то непонятное напряжение — душно и холодно вместе. Мрачная тьма поражена светом зеленого заклятия, которое расточительно ярко сжимается в крошечную «каплю» свечения, падающую прямо на сердце загадочной монеты.
- Гордись, парень, - с кривой завистливой ухмылкой добавил мога, - Покажешь этот знак любому чиновнику, и везде тебя будут принимать с почетом, любое твое желание будет выполняться со рвением, будто сам Азумхан приказал!
Пока Вася с обалдением прикидывал открывшиеся перед ним возможности, а мога заканчивал ставить многосложного плетения нифриловый знак, хан с интересом разглядывал его оголенную левую руку.
- Любопытно, - сообщил хан, после недолгого изучения, - Победа над тяжелой конницей в первом же бою. Затем первым ворвался в осажденную крепость.
Хан замолчал, смутно припоминая, что однажды уже об этом спрашивал. Вася тоже молчал, не зная, как проявит себя хан, если все узнает. И тут хан расхохотался. Смеялся он долго и с таким вкусом, что и окружающая его свита вместе с собравшимися полковниками невольно начали посмеиваться. Не до смеха было только одному Васе, понимавшему, что клятый хан его вспомнил.
- Говорил же, что рожа твоя мне знакома, десятник Василий, - отсмеявшись хан погрозил пальцем, - Это ты, засранец этакий, разбил мое отборное войско и захватил Северградскую крепость.
- Я, - Вася открыто посмотрел хану в глаза, решив, что двум смертям не бывать, а одной не миновать, - Но за то вы меня уже наградили.
- Это как же?
- Правом испоселения в вашей южной провинции.
- А-а, припоминаю, - протянул хан и посмотрел на Васю другим взглядом, - А как же ты выбрался оттуда?
- Так на плоту.
- Вот оно что, - хан повернулся к своей свите, - Кто отправлял его на поселение?
Один из свиты бухнулся перед ханом на колени.
- Ты что же это, червь? – гневно вопрошал хан, - Жизнью мне клялся! Обещал, что этого парня я больше не увижу! Думал, я забуду? А я, как видишь, помню.
- Так я ведь, как лучше хотел, - залебезил изворотливый чиновник, - Какая бы потеря была для всех нас…
- Только поэтому я не велю тебя казнить, - смягчился хан, - Но язык тебе придется отрезать.
Два дюжих молодца резво подхватили чиновника подмышки и поволокли на выход. Хан проводил их взглядом и повернулся к Васе."
"- Удивил ты меня, Василий, - сказал он, - Столько подвигов на тебе, и все на первом же году службы. А ведь дурак этот не просто так жизнью клялся. Никто еще живым не возвращался с тех поселений.
