Автор
Она – последняя проклятая путешественница с другой планеты, где правит принципом Брейшо: каждое действие оказывает влияние на всех. Когда она приходит в наш мир, несущая тайны из-за пределов земли, ее секреты слишком велики для маскировки. Теперь мишень на спине – приговор. В тот момент, когда ее ложь раскрывается, жизнь начинает играть по невиданным правилам, где каждый шаг имеет значение....
– Папа почему-то плачет, Рора, – говорит она, и Виктория прерывисто вздыхает, в глазах ее я вижу боль.
– Не волнуйся, Зо-Зо, с папой все будет в порядке.
– А ты можешь сделать так, чтобы он улыбался? – спрашивает моя доченька.
Глаза Виктории скользят к моим, ожидая, надеясь.
Я сжимаю ее руку, и она кивает.
– Да, малышка. Думаю, что смогу.
Зоуи снова надевает наушники, как будто ничего не произошло, – а скорее всего благодаря Рэйвен она и не знает, что произошло, – и Виктория прижимается своим лбом к моему.
– Мне так жаль, Кэп…
Она замирает.
Наши взгляды встречаются.
Майк.
– Черт! – Ройс выбегает из комнаты.
Прежде чем я успеваю схватить ее, Виктория вскакивает и вылетает за ним.
– Извини, малышка.
Быстро спускаю Зоуи с колен, несусь к двери, но она захлопывается прямо перед моим носом.
Трясу ручку, страх сжимает мое горло.
– Виктория! Открой немедленно эту чертову дверь! Сей-час же!
– Потише, Кэптен, – бросает она шепотом. – Не пугай малышку.
Я поворачиваю голову и вижу, что Зоуи нахмурилась.
– Ви, детка, красавица… – Мое дыхание учащается. – Открой, пожалуйста, дверь.
Жду, но тишина – это все, что я слышу.
Черт!
ВикторияЯ влетаю в гостиную, и меня ловит Ройс.
– Вик-Ви… – выдыхает он, делая шаг ко мне. – Вик-Ви, не встревай, мы сами…
Бросаюсь вперед, Ройс перепрыгивает через диван и хватает меня за рубашку, но я успеваю поднять пистолет с пола и бегу через кухню к двери во двор позади дома.
– Виктория! – кричит он, но я не останавливаюсь.
Майк там, на заднем дворе.
Темные волосы спутаны, он весь в крови, в руках у него пистолет.
– А вот и ты, моя девочка. – Он кашляет кровью.
Мой взгляд падает на Ролланда – тот лежит на боку, поджав ноги к животу.
– Ублюдок, думал, что подстрелил меня, но ошибся.
Ролланд стонет, когда Майк пинает его тяжелым ботинком.
– Идем, моя девочка, нам надо торопиться, – говорит Майк, и я направляю на него пистолет.
Он усмехается и, пошатываясь, идет ко мне.
– Да ладно, подружка. Ты никогда не сможешь выстрелить в меня… Ведь это я учил тебя стрелять, помнишь?
– Я не промахнусь, Майк.
– Ты никогда не причинишь боль тому, кого любишь.
– Я не люблю тебя, и это я ударила твоего отца ножом в живот.
– После того, как он изрезал тебя.
Мои губы сжимаются.
– Не заставляй меня делать это, Майк.
Его улыбка становится шире, и он делает еще один шаг…
Он прав, я не могу его убить. Опускаю ствол ниже и целюсь ему в бедро.
Нажимаю на курок.
– Черт! – кричит Майк, падая в траву и зажимая рану.
