Слезы покидают мою щеку, когда в комнату врывается свет утра. Я лежу на холодной каменной лавке, погружаясь во мрак своих мыслей и страданий. Стыдливые голоса заполняют воздух — они знают больше меня, чем я сама. И хоть мое сердце жаждет вины и слезы, это больное горло неистово требует ответов на эти вечные вопросы: "Ты для меня значишь?". В этот момент я понимаю, что страх и страдание — зеркально отраженные части одной боли....
— Они решили, что нас схватили темные, так что даже поисков не начинали.
— То есть нас попросту бросили бы? — возмутилась я.
— Нет, — переводя взгляд с левой груди на правую, ответил Князь, — просто не стали бы искать.
— Эй, это уже наглость! — возмутилась я.
— Да нет, простой расчет — какой им смысл искать нас, если доступа на территории темных нет. Нас попросту списали со счетов.
И взгляд снова с одной на вторую!
— Я не про команду, я про тебя! — возмущенно прошипела.
Стужев поднял на меня потемневший взгляд и выдал:
— А? Ты про мое поведение?
— Да!
— Ну прости, Ритусь, это уже все мое, так что хочу — смотрю, хочу — трогаю, хочу…"
"— Ну уж нет! — решительно сказала я и поднялась.
— А чем тебя моя не устраивает? — нагло поинтересовался Стужев, откусывая от бутерброда, про который периодически вообще забывал.
— Дорогой, — провела руками от груди до бедер, — если ты настаиваешь, я могу выйти и так.
Подавился. Откашлялся, торопливо запил и тоже поднялся:
— Даже не надейся, Маргош.
— Мое, моем, я, мне, меня, — перекривляла я его, но за джинсами потопала.
Выйдя из столовой, вспомнила про книгу ягушенскую и потопала обратно, и не знаю, почему остановилась… Точнее, не сразу поняла, почему… А если еще точнее, не сразу осознала, услышав произнесенное злым голосом:
— Рита ничего не должна знать.
И такое ощущение, словно падаешь вниз с высокой скалы в бесконечную пропасть!
«Господи, пожалуйста… пожалуйста…» — никогда не молилась, а сейчас не удержалась, потому что не хотела верить, просто не хотела…
— Хозяин, вы… — начал Генри.
— Хватит, — судя по звуку отодвигаемого стула, Стужев поднялся. — Может, я и не совсем осознанно пошел на этот шаг, но не жалею ни секунды. Рита моя. А свою женщину я не отдам ни семье, ни Гекате, ни человским колдунам.
— Вам враги сейчас… не нужны. — Голос Генри прозвучал глухо.
— Мне сейчас есть за что сражаться, — спокойно ответил Князь. — Игры кончились, проигрывать я не намерен.
Бесшумно отступила от двери, затем торопливо поднялась наверх, вошла в спальню. Сердце билось часто-часто, руки заледенели, немного потряхивало. Да что там потряхивало — трясло конкретно.
— Маргош, как-то рановато тебя накрыло, — послышался чуть ехидный голос Стужева.
Обернулась — муж стоял в дверях, засунув руки в карманы и встревоженно смотрел на меня.
![Обложка книги Приключения в обучении. Ледяной ад [СИ]](/uploads/posts/images/1/prikliucheniia-v-obuchenii-ledianoi-ad-si.jpg)
![Обложка книги Приключения в обучении. Дыхание смерти [СИ]](/uploads/posts/images/1/prikliucheniia-v-obuchenii-dykhanie-smerti-si.jpg)
