Слезы покидают мою щеку, когда в комнату врывается свет утра. Я лежу на холодной каменной лавке, погружаясь во мрак своих мыслей и страданий. Стыдливые голоса заполняют воздух — они знают больше меня, чем я сама. И хоть мое сердце жаждет вины и слезы, это больное горло неистово требует ответов на эти вечные вопросы: "Ты для меня значишь?". В этот момент я понимаю, что страх и страдание — зеркально отраженные части одной боли....
— Маргош, — Стужев склонился к моим губам, — кто ж в таких ситуациях думает, мм? Тут раздумывать нечего, тут делом зани…
Телефонная трель прервала очередное умозаключение Александра, и он, резко поднявшись с постели, схватил аппарат, вслушался в сообщение, затем молча дал отбой.
— И чего там? — осторожно спросила я.
— Да так, мелочи… несущественные, — Стужев смотрел куда-то в стену. — Меня на совет пригласили.
— Какой совет? — Я села на постели.
— Стаи, — мрачно ответил супруг.
— Какой стаи?!
У меня вдруг началась паника, а еще я вспомнила, Генри говорил, что сегодня хозяин не кусается, сегодня же не полнолуние.
— Да обычная стая… обычных оборотней, — пробормотал Саша, повернулся ко мне и скомандовал: — Все, одевайся давай быстренько.
И потопал из спальни.
В широкую няшкину спину полетел мой вопль:
— Стужев, ты что, оборотень?!
Остановившийся гад, теоретически клыкастый, обернулся, поморщился и недовольно спросил:"
"— Ритусь, зачем же так кричать? Ну оборотень, ну с кем ни бывает, расслабься, я вообще редко перекидываюсь.
И ушел. Он ушел, а я осталась сидеть на постели, с ужасом думая, за кого вышла замуж. Хотя нет, тут нужно поставить вопрос иначе — кто на мне женился!
* * *— Не пугайся, не пугайся, детка, — напевал Стужев, ловко нарушая все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения, несясь по городу на скорости 140 км в час.
А я сидела на переднем сиденье рядом с ним, демонстративно пристегнувшись, сложив руки на груди и не разговаривая с супругом.
— Ритка, хватит дуться. — На меня искоса взглянули, после чего обогнали две фуры и остановились перед светофором.
— Я не дуюсь, — отвечаю сквозь зубы.
— Дуешься, у тебя щечки надутые, — парировал… муж.
— Я не дуюсь, я злюсь, Стужев, осознаешь разницу?!
С места мы сорвались со свистом шин, обогнали «бэху», подрезали маршрутку и умчались вперед к светлому будущему, в смысле нарушению оставшихся ПДД.
Молчание продлилось до окончания песенки, после чего Стужев беззаботно поинтересовался:
— Что тебя так разозлило, позволь спросить?!
— Да ничего, — хмуро смотрю на него.
— Да я редко перекидываюсь! — крутанув руль, рявкнул Алекс. — И вообще, поверь, с крыльями проблем куда больше, чем с хвостом и клыками!
Забыв дышать, молча поворачиваю голову и смотрю на Князя.
![Обложка книги Приключения в обучении. Ледяной ад [СИ]](/uploads/posts/images/1/prikliucheniia-v-obuchenii-ledianoi-ad-si.jpg)
![Обложка книги Приключения в обучении. Дыхание смерти [СИ]](/uploads/posts/images/1/prikliucheniia-v-obuchenii-dykhanie-smerti-si.jpg)
