Ночь пропитана алкогольными запахами и неформальным шуткам. Парнишке-чайкину предстоит выбрать: продолжить беседу с теми, кого он считает незнакомцами, или сбежать от шумного московского клуба. В эти минуты будто все на свете зависло в воздухе, ожидая решения одного юноши....
Правильное, без единого изъяна, словно с нее лепили долбаную куклу Барби!
Ее рука ложится на отворот его пиджака, и я уже ее ненавижу. И руку, и саму блондинку. Она собственническим и примирительным жестом поглаживает его грудные мышцы и, закинув руки ему на шею, оставляет на его губах легкий поцелуй.
Живот скручивает спазмом.
— Арина… — Передо мной возникает Кристина, и я перевожу на нее шокированный взгляд. — Пошли!
Пошатываюсь на ослабевших ногах, роняя поводок.
"Подруга дергает меня за руку, суетясь, подхватывает с земли рулетку поводка и разворачивает меня на сто восемьдесят градусов от картины, которая навсегда отпечаталась в мозгу. Картины, где Влад Градский целует другую женщину.
Глава 35
Натянув на голову подушку, прячусь от навязчивого звонка в дверь.
Он воет и воет. Дребезжит, потому что тот, кто за дверью, зажал его пальцем и не собирается отступать.
Я уже жалею о том, что звонок подключили так быстро.
— Да черт возьми! — ору, с размаха швыряя подушкой в противоположную стену.
Та ударяется о нее и приземляется на неразобранную коробку с посудой.
Стряхнув с себя одеяло, спускаю ноги на пол и касаюсь холодного дерева стопами. Погода испортилась, и за окном второй день дождь, из-за этого в квартире даже днем царит вечный сумрак.
Я не хочу никого видеть, но этот звонок пробивает дыру у меня в черепе!
Голова немного кружится, будто я разучилась держать свое тело в вертикальном положении. Футболка, в которую я одета, измята и заляпана зубной пастой, волосы прилипли к щеке, будто посаженные на клей из моих засохших слез.
В глазок вижу Крис, я и не сомневалась в том, что это она. Больше так ломиться никто бы не стал. Я никого другого и не жду, потому что уговорила свою семью дать мне поболеть в одиночестве, а причина моего внутреннего землетрясения такая отравляющая, что я действительно больна, только тошнит меня не фастфудом, а моей собственной любовью.
— Я звонила пять раз! — рычит Кристина с порога.
