Дверь в подъезде приоткрыта, и сердце застывает от предчувствия. Выбежав по лестнице, мальчик пытается справиться с волнением — как удержать Рокси дома, пока она не набегается? Здесь начинается драматическая история любви и приключений между взрослым и маленьким мирком....
– Дядя, а можно я с тобой пойду? – попросил Тимофей, уцепившись за рукав.
– Зачем?
– Я за Катьку переживаю. Пожалуйста.
– Нет, Тимофей. Будь дома. С мамой.
– Мы вместе пойдём, – сказал Алиса Егоровна. – Не поймите неправильно. Тимоша и, правда, будет переживать. – Мама Тимофея многозначительно вздохнула.
Ого! Так оказывается, здесь совсем не ненависть, а детская любовь!
– Ладно. Только быстро."
"– Я только куртку надену, – Тимофей нырнул в комнату.
– И шапку не забудь, – бросил ему вдогонку, но, кажется, меня никто не слышал.
В радиусе, который скинула Ирина, входило два дома и киоск. Все подъезды, этажи были проверены.
– Что, по квартирам идти? – спросил Ромка.
– Погоди, Ром. Давай подвалы.
– Подвалы? – переспросил Ромыч.
– Да.
– Принял.
– Дядя, а я там раньше Катьку видел, – Тимофей показал на киоск.
Возле киоска стояли мисочки, но они были пустые. Значит, Катины питомцы приходили сюда есть. Но сейчас уже холодно и они явно спрятались. Взгляд уткнулся на дверь подвала. Она была закрыта, замок висел сверху.
Приложил ухо к двери, пытаясь что-нибудь расслышать, но шум, доносившийся с дороги, мешал.
– Катя! Катя! – позвал громко.
– Я тут, – услышал Катин голосочек.
– Катя, не бойся. Сейчас открою.
Ломать замок не стали, чтобы ещё больше не напугать Катю. Старшая по дому дала ключ, и через пять минут обнял заплаканную дочь.
– Катя, ну, как ты сюда попала? Ну, всё не плачь, моя хорошая.
– Я еду принесла. На улице холодно. А потом… потом двери закрыли, я звала, но никто не слышал.
– А телефон?
– Я фонариком светила, он разрядился. Я знала, что ты меня найдёшь. Я даже не испугалась.
– Пойдём домой. Там мама сильно переживает.
– Я не могу.
– Почему?
– Там Рик и Рита, – Катя вытерла кулаком носик.
– Кто?
– Щеночки. Маленькие! Они замёрзнут.
По лицу Кати потекли слёзы. Вот не могу я видеть женские слёзы!
И тут из угла показались два пёсика, они ещё нетвёрдо стояли на ногах.
– А мама их где?
– Не знаю, – всхлипнула Катя.
– Какие прикольные! Мам, давай одного возьмём, а? – Тимофей, стоявший в сторонке, чтобы Катя его не видела, вышел. – Мам?!
– Тимош, я не знаю. Папа же не разрешит. И кто с ним гулять будет? – Алиса Егоровна явно не ожидала такого.
– Я буду гулять! И кормить буду! Катя, давай одного тебе, а другого мне, а? А гулять вместе будем, – предложил Тимофей.
– А ты его не оставишь потом на улице? – Катя перестала плакать и строго посмотрела на того, кого терпеть не могла.
