Автор
Владивостокские сумерки уносят тебя в атмосферу мгновенной решимости и дрожи от ожидания. "Будь моим первым" — трепетная история, где Полина, несмотря на сомнения, берет первый шаг к Илье. Череда игр слов и чувственного юмора создает впечатление, будто ты сам находишься в их сердцевинной беседе, переживая за героев вместе с ними....
Похоже, «Будь моим первым» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А если даже обниматься не хочется?
Влада утверждает, что главное — начать. Аппетит приходит во время еды. Разве можно распробовать секс, если им не заниматься? Это как курить сигареты. Первые несколько затяжек всегда противные, вызывают отторжение и даже рвотный рефлекс, а потом жить без этого дела не можешь.
Хм.
Веселой компанией мы заваливаемся в кинотеатр, смеемся, болтаем. Ничего не предвещает беды, как вдруг мой взгляд цепляется за знакомый затылок. Поначалу мне кажется, что у меня галлюцинации, но ошибки быть не может.
"Сердце срывается с крючка, или на чем оно там держится под ребрами, и ухает вниз. Да так быстро, что в ушах гудеть начинает.
Я тут же отвожу глаза, здорово перепугавшись! Всегда одна и та же реакция на него — страх и волнение.
Ну до чего же потертый у них тут пол! Полминуты я шаркаю сандалиями, словно пытаясь его почистить.
А когда, не выдержав, я наконец вскидываю глаза — Илья Ветров смотрит точно на меня.
Замираю. И он, кажется, тоже. Почему он обратил внимание на нашу тусовку — понятно и так, с нами Влада, а значит, ее смех звучит повсюду, рупора не надо. Но объектом его внимания становится не она, а я.
Легкая улыбка — как первая реакция — отражается на его лице. Рад меня видеть, а у меня кожа горит, мне воздуха не хватает. Боже, два месяца прошло после нашего свидания, а кажется, словно одна минута. Я ничего не забыла. А он?
Илья быстро оценивает нашу компанию, и я моментально выдергиваю свою ладонь из рук Пашки, почему-то почувствовав стыд и вину за то, что позволила себя коснуться другому мужчине.
На лице Ветрова отражается понимание, а следом — равнодушие, он слегка мне кивает. Я киваю в ответ. Пашка снова ищет мою ладонь, я ее не даю, в итоге злюсь, отхожу от него на шаг и прячу руку за спиной. Ветров это видит и усмехается.
Краска заливает мое лицо. Ему смешно, а мне обидно!
Отворачиваюсь и довольно резко прошу Гурьева перестать ко мне лезть! Сколько можно уже? Мы не пара!
Следующие пятнадцать минут, пока ждем сеанс, я изрядно нервничаю.
Он здесь, он близко. Так близко ко мне!
И каждый раз, когда я нахожу его взглядом, — он смотрит на меня. Буквально глаз не сводит. Надо подойти и поцеловать Пашку прямо сейчас, пусть Илья полюбуется! Гурьев, конечно, бахнется в обморок, ему станет больно, но и ладно.
