Автор
Тысячи слов отдают улыбке и смеху перед Соболевским, но одна девочка стоит потрясения: ее губы кажутся нежными, хотя голос звучит хриплым. Здесь царит напряженная тьма — неумолимая дверь за окном и тихий шепот подсудимого. Этот роман о том, как одна встреча может перевернуть судьбу нескольких человек....
Похоже, «Будешь моей, детка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Просто спасаешь меня, девочка-ромашка. Вот честно, не забуду. Давай, дуй в душ, а я пока тряпки на тебя поищу.
Перед тем, как идти в душ, я пишу маме сообщение, что задержусь у подруги. Но не факт, что она прочитает. Ее почему-то никогда не волновало, до скольки я гуляю и ночую ли дома.
И сейчас, кажется, я впервые в жизни собираюсь этим воспользоваться.
Глава 9. Закрытый клуб
Я смотрю на себя в зеркало со странной смесью восторга и отвращения. Мне нравится все по отдельности: глаза, которые благодаря умело наложенным теням, сияют ярким, неправдоподобно голубым цветом, пухлые яркие губы, накрашенные помадой, блестящие, красиво уложенные светлые волосы, женственные изгибы фигуры, подчеркнутые эластичной тканью платья, и длинные ноги, которые кажутся еще длиннее от каблуков.
Вот только все вместе эти детали собираются в образ какой-то проститутки, честное слово. Я ничего не могу с собой поделать, но это выглядит именно так. Слишком ярко, вызывающе и провокационно. Слишком сексуально. И мне от этого очень некомфортно.
— А нет платья подлиннее? — смущенно спрашиваю я, одергивая подол чуть ниже. Но он все равно подскакивает к самым бедрам.
— Нет, — раздраженно отзывается Рита. — Сарафанов не держим.
Она зла, потому что я отказалась надеть предложенное ею кружевное белье. Новое, красивое, в упаковке. Но я уперлась и сказала, что или я еду в своих трусах, или договоренность отменяется. Ведь никто не будет заглядывать мне под платье, верно?
Рита буркнула что-то сквозь зубы, но согласилась.
Я беру свою куртку с вешалки, и на меня снова смотрят как на идиотку.
— С ума сошла? Оставляй тут свою тряпку. Потом заберешь.
— Но там холодно, — растерянно возражаю я.
— Не зима, не замерзнешь, — отрезает Рита. — Тебе только до такси добежать. И сумку свою уебищную тоже тут оставь. Держи клатч мой. Только не поцарапай!
Когда она уговаривала меня ей помочь, то была такой милой, такой ласковой. Куда это все делось? Сейчас я слышу только резкие грубоватые команды.
Я молча перекладываю в синий блестящий клатч свои ключи от дома и телефон. Кошелек решаю не брать — он не влезает в эту крохотную сумочку. Кроме того, там все равно ничего нет, кроме тех несчастных двух тысяч, которые я получила за работу.
Рита провожает меня до такси, где уже сидят две девушки модельной внешности, чем-то неуловимо похожие на ту, с которой спал Соболевский.
— Привет, ты новенькая? — живо интересуется одна.
