Автор
Тысячи слов отдают улыбке и смеху перед Соболевским, но одна девочка стоит потрясения: ее губы кажутся нежными, хотя голос звучит хриплым. Здесь царит напряженная тьма — неумолимая дверь за окном и тихий шепот подсудимого. Этот роман о том, как одна встреча может перевернуть судьбу нескольких человек....
Похоже, «Будешь моей, детка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тимур выдыхает и смотрит на меня с таким желанием и восхищением, что стеснение уходит само собой.
— Теперь твоя очередь, — я с намеком провожу ладошкой по его груди. Тимур хмыкает, берётся за ворот футболки и снимает ее одним движением.
— Нравится?
— Да! — завороженно говорю я, глядя на его невероятно красивое и сильное тело. Без одежды он выглядит как бог. Широкие плечи, золотисто-смуглая кожа, темный треугольник волос на груди и литой, рельефный пресс, который так и хочется потрогать.
Тимур, рисуясь, закидывает руки за голову, от чего мышцы на его бицепсах прорисовываются так отчетливо, что я невольно сглатываю.
— Можно? — еле слышно шепчу я, и он, каким-то образом догадываясь, о чем я спрашиваю, сам берет мою ладонь и кладет к себе на грудь. Я с восторгом первооткрывателя провожу пальцами по теплой гладкой коже, глажу тугие мышцы, касаюсь твердых маленьких сосков и радуюсь, когда от моих неумелых ласк Тимур начинает дышать чаще и тяжелее.
— Детка, ты с ума меня сведешь, — хрипло говорит он и тянется ко мне.
— Охереть, — шепчет он сбивчиво. — Какая ты красивая, Оленька. Лучше, чем я себе представлял. В миллион раз.
А потом нежно касается мгновенно затвердевшего соска.
— Так и думал, что они у тебя розовые. Охуенно. Мне нравится.
И тут же накрывает его своим ртом.
Я ахаю и выгибаюсь, потому что ощущений слишком много.
— Да, детка, вот так, — низко говорит Тимур и зализывает укус. — Покричи для меня, меня это пиздец как заводит.
Вместо ответа я тянусь к его джинсам и неловкими пальцами пытаюсь расстегнуть тугую пуговицу на них. Он помогает мне и стаскивает штаны с бедер, оставшись в одних черных боксерах, натянутых впереди до предела.
А Тимур без лишних разговоров приподнимает мои бедра и снимает с меня все остальные. И белье, и колготки через секунду летят на пол, а я оказываюсь перед ним абсолютно обнаженной.
— Раздвинь ножки, детка, — хрипло просит Тимур. — Покажи мне себя, а я покажу тебе, как может быть хорошо.
