Автор
Внутренний крик девушек становится нестерпимой болью, когда она решительно отказывается от унижений. Ее силуэт наполняется решимостью, омываемый сверкающими оттенками синего неба. Каждое движение и слово передают остроту ее борьбы за свободу в серых улицах города.
Похоже, «Будешь моей (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Что ты сказала, повтори? — шипит приблизившись к моему лицу, и, клянусь, похожа она в этот момент на змею. — Что ты несешь, убогая? Разозлить меня хочешь, да?
— Я сказала правду! У него спроси.
— Ну ты у меня получишь, идиотка конченая, — изо всех сил толкает меня, и на этот раз я с позором падаю на влажный после утреннего дождя асфальт.
Милана кидается словно дикая кошка, явно намереваясь отпинать меня как следует, девчонки хватают ее под руки и тянут на себя, вокруг собираются зеваки, снимая происходящее на телефон.
Обожженная асфальтом ладонь саднит, мне очень больно, но еще сильнее стыдно. Я ругаю себя за то, что затеяла это все.
Надо было просто уйти. Не надо было ставить ее на место. Очевидно же все теперь будет только хуже! Я за какие-то пару минут нажила себе лютого врага.
— Руку давай.??????????????????????????
Раздается голос Ратмира и перед моим лицом появляется его протянутая ладонь.
— Вставай.??????????????????????????
— Да пошел ты, — произношу сквозь зубы и поднимаюсь сама, без его помощи.
Это не укрывается от зевак, я слышу в толпе удивленный шепот.
Отыскав свою сумку, отряхиваю юбку и, скрывая страх, иду мимо Миланы.
— Только попробуй еще раз тронуть меня, — произносит мой рот, и мозг вопит, что вот сейчас я еще сильнее усугубила ситуацию.
Милана бросается снова, но лишь слегка касается кончиками пальцев моего локтя.
— Пошли со мной, — явно Милане.????????????????
— Куда? — отзывается она.????????????????????
— Просто иди и не задай глупых вопросов, — рычит он, и девушка сразу поменяв тон начинает жаловаться, что это я вывела ее, она не собиралась меня бить. Что вообще она просто стояла и никого не трогала...
Они отдаляются, отдаляюсь и я, шагая к главному входу института, слова становятся все менее неразличимы.
Я точно знаю, что все взгляды устремлены мне вслед: глумливые, любопытные, вопросительные.
— Она чё, реально ей так сказала? Милане? — доносится за спиной. — Ну все, бедняжка попала. Она даже не представляет с кем связалась.
Но мне сейчас все равно на их сплетни, я шагаю с единственной мыслью — он все видел. И слышал.
