Автор
Внутренний крик девушек становится нестерпимой болью, когда она решительно отказывается от унижений. Ее силуэт наполняется решимостью, омываемый сверкающими оттенками синего неба. Каждое движение и слово передают остроту ее борьбы за свободу в серых улицах города.
Похоже, «Будешь моей (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Родителям тоже нет, потому что по телефону они не обмолвились ни словом, что в курсе инцидента. А уж мой отец точно не стал бы молчать!
Может быть тетя Тамара все-таки засомневалась в искренности слов дочери? Ведь Ратмир же сказал, что я на эту Милану не кидалась.
— Идем, я отвезу тебя, — сказал мне после завтрака он, и я в другой момент я бы попыталась отказаться, но сегодня решила снова поехать с ним, потому что у меня было о чем его спросить и даже что предъявить.
Это случилось ночью.??????????????????????
Дом Юнусовых расположен буквой ""П"", и окно моей комнаты находятся прямо напротив окна Ратмира.
После пережитых днем эмоций мне никак не спалось, где-то около полуночи я взяла электронную книгу, плед, чтобы выйти на балкон и немного почитать — погода стояла замечательная, но когда отодвинула занавеску и уже собралась выйти, увидела, как какой-то мужчина в надвинутом на глаза капюшоне, бессовестно забирается по пожарной лестнице на второй этаж крыла напротив.
Я дико испугалась, решила, что это вор, и уже собралась выбежать в коридор и своими криками разбудить все почтенное семейство, как вдруг увидела, как мужчина, забравшись на балкон, скинул капюшон. По плечам рассыпались длинные темные волосы.
Это не мужчина. Это Милана!????????????????
Я застыла в недоумении. Негодовании. Злости.
Да как у нее только наглости хватило! У них обоих!
Положив на комод уже ненужную книгу и, спрятавшись наполовину за занавеской, стала следить, что же будет дальше.
Девушка постучала в запертую стеклянную дверь, и Юнусов практически сразу появился на балконе.
Он был обнажен. По крайней мере футболки на нем не было точно.
Впервые я была не рада, что у меня такое идеальное зрение. Еще дурацкий уличный фонарь был мне непрошенным помощником в этом неприличном деле.
Я видела, как бугрятся мышцы на его руках, видела рельеф груди и, самое стыдное, заметила убегающую вниз от пупка темную дорожку.
Я вспыхнула тогда словно факел, но, испытывая стыд, продолжала рассматривать его тело, пользуясь тем, что меня не видно.
Я даже приложила к ним тыльные стороны ладоней, но они тоже пылали.
Что за реакция такая ненормальная? Никогда прежде со мной такого не было!
Не то чтобы я много видела полураздетых мужчин, но я как и все смотрю кино, а с Ромой мы однажды вообще умудрились сбежать на речку.
