Автор
Внутренний крик девушек становится нестерпимой болью, когда она решительно отказывается от унижений. Ее силуэт наполняется решимостью, омываемый сверкающими оттенками синего неба. Каждое движение и слово передают остроту ее борьбы за свободу в серых улицах города.
Похоже, «Будешь моей (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Почему, Нодар? Ты это назло мне, да? Хочешь лишний раз показать, что…
— Ты уверена, что хочешь поговорить об этом прямо сейчас, при детях? — громоподобный голос дяди Нодара отражается от стен столовой. — И вообще, мы все уже обсудили. Я так решил, а значит, так будет!
— Я и говорю — мне назло! Я не заслуживаю такого к себе отношения! Эта девка — вечное напоминание о том, кого ты действительно любил всю свою жизнь!
— У меня аппетит пропал, я к себе, — произносит Лейла.
— Ужин еще не закончен, — цедит дядя Нодар.
— Только вот ее ты почему-то отпустил! Такое ощущение, что это на твоя любимая дочка, а не я!
— Да что ты несешь такое?! — удар кулака по столу.
— Не кричи на нее, Нодар! Девочка вон побледнела вся!
— Не могу больше слушать это все! Достало!
Слышу торопливые полушаги-полубег. Лейла все-таки ослушалась отца и ушла. И сейчас она меня увидит!
Отлипаю от стены и мчусь в дальний конец коридора, к своей комнате. Но смыться не успеваю — Лейла появляется наверху и все сразу понимает.
Закрыть дверь тоже не успеваю — кроссовок Лейлы внедряется в прореху, она толкает дверь и вот мы уже вместе пленницы моей спальни.
— Подслушивала, да? Все, что нужно услышала? — пихает меня, и я больно ударяюсь спиной о стену. — И хорошо, что так! Тебя все ненавидят здесь! Все до единого!
— Кроме Ратмира. Его я слышала тоже. Он заступился за меня!"
"— Он не в себе. Кажется, в этой драке ему все последние мозги отбили, — и скривив неприятное лицо: — Как же ты бесишь меня, лже-тихоня.
— Я уже говорила не раз — мне не нужен твой Марат! Он мерзок мне. Даже смотреть на него противно.
— Закрой свой поганый рот! — взвивается она. Видит Бог, лишь какое-то чудо не позволяет ей пустить в ход руки. Может быть она боится отца, может быть брата. — Ты такая же как твоя мамаша-шлюха!
Упоминание мамы в прямом смысле будит во мне зверя. Я могу слушать все, что угодно, могу вынести любую желчь, но моя мама…
— Что ты сказала? — отталкиваю ее от себя и наступаю сама, заставляя ее пятиться назад.
— Побьешь меня? — кичится она, хотя видно, что спалось ее показная. — Кишка тонка.
— Не смей упоминать мою маму. Ты ее ногтя не стоишь!
— Да что ты говоришь! Спроси у нее сама, настолько ли она ангел, какой хочет казаться. Спроси! Пусть она расскажет тебе, с кем встречалась раньше.
