Автор
Ярина стояла перед зеркалом в спальне, пытаясь подавить дрожь. Закрыв глаза, она представляла себе мужа, который сегодня встретится с кем-то другим. Вспомнив, как он только что обсуждал это по телефону, словно не замечая, что они находятся в одной спальне, Ярина снова ощутила свою пустоту и незавершенность. Напряжение дня выросло до предела, когда муж вернется домой, и она сможет увидеть его лицо после долгих часов отсутствия....
— Ты хотела поговорить? — Свят свернул разговор и буквально столкнулся со мной на выходе из ванной.
— Нет, — почти шепотом. — Ничего важного. Голова болит, лягу в гостевой спальне…
Глава 7
Глава 7
Ярина
Вроде бы пять лет — большой срок, но вспомнились как одно мгновение, даже рассветать начало едва-едва. Я повернула затекшую шею и столкнулась со спящим лицом мужа. Щетина, подрагивающие длинные ресницы, чуть капризно оттопыренная губа. Во сне такой ранимый и уязвимый вид. Ярости, агрессии, злости не видно, когда глаза закрыты.
На моем животе по-хозяйски лежала его ладонь. Я, практически не дыша, соскользнула с кровати. Нужно бежать. Больше не выдержу. Не желаю, чтобы ко мне когда-нибудь прикасался мужчина, а этот тем более.
На цыпочках зашла в гардеробную и схватила толстовку со штанами.
Обулась на босу ногу, схватила первую попавшуюся куртку и вышла из дома. Обернулась и посмотрела на внушительный особняк (надеюсь, в последний раз): сейчас этот дом напоминал мне мавзолей: все умерло, и любовь здесь больше не живет.
— Я никогда не прощу тебя, Святослав Нагорный.
Нет повести печальнее на свете, чем повесть о маленькой Джульетте…
Темно и холодно. Я накинула капюшон и побежала по аллее. Через КПП прошла без проблем: они проверяли въезжающие машины и входящих людей. Выйти можно свободно.
Только оказавшись за границей владений Нагорного, смогла выдохнуть и вызвать такси. Домой поеду.
Улицы были свободным, а часы показывали пять утра. Меня укачивало и вырубало в машине, но я держалась: сейчас не время расслабляться.
Такси остановилось, но я не торопилась выходить: рассматривала с какой-то обреченной тоской место, где выросла. Охрана была на воротах: я вышла и подошла прямо к ним.
— Вы к кому?
Я не ответила, просто сняла капюшон.
— Ярина Дмитриевна… — опешил дежуривший дядя Толик. Он давно руководил отцовской службой безопасности.
— Доброе утро, — и прошла во двор. В доме было тихо, но я помнила, что папа вставал очень рано и пил кофе в кабинете.
