Во многих местах асфальт был уже сухим. Я ходила по чистым тротуарам, вдыхала теплый воздух, любовалась на синее небо с легкими облачками. Заглянула в несколько магазинов, купила кое-какую мелочь для дома. Если уж убивать время, то с пользой.
В условленное время я подошла к отделению милиции, где работал Андрей, и встала на крыльце. В дверь постоянно входили и выходили люди, у всех были такие важные лица. Наконец появился Андрей, отвел меня в сторону.
– Значит, так. Семенков Артем, ты была права, действительно личность интересная. Лет пять назад проходил по одному делу о наркотиках. Взяли тогда его друга, некоего Бориса Сивачука. Семенков тоже был, похоже, причастен, правда, доказать это не смогли. Даже обыск у него делали, но ничего не нашли. Пришлось его записать свидетелем. Сивачуку дали пять лет. У меня подозрение, что Артем этот продолжил дело своего соратника. Ну и к девочкам отношение тоже имеет. Вообще он на контроле, только доказательная база слабовата. Человек, который это дело отслеживает, говорит, что хочет узнать, где Артем наркоту держит. Дома у него чисто. Не будет он дома теперь держать, осторожен очень. Вот если бы его «кладовочку» найти…
– Ну, Андрюш, спасибо…
– Подожди, это еще не все. Действительно, есть у него несколько девчонок, и в гостиницу он их возит. Так что сутенерство тоже на нем висит. Даже и фотографий, что ты сделала, не нужно, у ребят из отдела нравственности есть портреты этого героя и в фас, и в профиль. Так что свои можешь себе оставить. В общем, ты, мать, была права: сутенер и наркоторговец. Еще тебе неприятная новость: твой подопечный Долгов попал в медпункт. Похоже, помутузили его зэки малость. Но, я узнавал, ничего серьезного. Его адвокат хлопочет, чтоб выпустили парня под подписку.
– Вот черт! Андрюш, но Дениса действительно надо выпускать. Ты не в курсе, что в крови Сони обнаружен клофелин?
– А это здесь при чем?"
"– При том. Она, я ведь говорила тебе, догадывалась или знала, кто убил Катю. И тут же попала под машину. Хочешь уверить меня, что это совпадение? Андрюш, это дело рук одного человека, помяни мое слово. А когда она шагнула под маршрутку, Долгов сидел у вас в изоляторе и накачать ее клофелином не мог.
– Ты что, Семенкова подозреваешь?
– Подозреваю, что он как-то причастен к этому делу, не могу только понять как.
– Ну ладно, мне пора, а то перекусить не успею. Мне, похоже, сегодня опять до ночи здесь сидеть. Так что давай, Тань, созвонимся.
– Счастливо. И спасибо.