Автор
После четырех дней безделья и новых приключений в Турции, ты наконец чувствуешь себя готовой к новым волнениям. Мечты о перемене обстоятельств тебя не покидают, а тревога за свою судьбу растет с каждым днем. Найдёшь ли ты то, что искала? Или всё будет как всегда?
– А она хочет с кем-то познакомиться?
– А то не хочет?! Целый час утром красоту наводит – это для кого? Для девочек-продавщиц, что ли? Опять же волосы то в рыжий цвет покрасит, то в черный… Теперь вот белая как лунь. А платья знаете в каких дорогих магазинах покупает? Одно ее платье стоит больше, чем моя месячная зарплата. А еще у нее парик есть, такой пепельный, пышный. Только она его почему-то редко надевает. Зачем тогда покупала, он ведь дорогой, она говорила, не то за три, не то за четыре тысячи взяла…
– Что вы говорите! – восклицала я, чтобы как-то поддерживать разговор.
– А однажды дорожный саквояж купила, – продолжала домработница, – тоже дорогой и тоже красивый. Только зачем он ей? Она ведь никуда не ездит. Иногда только к сестре в Покровск на день-два – вот и все ее путешествия.
– Так у нее сестра в Покровске? – спросила я.
– Ну да, такая же одинокая, как Вера Николаевна. Вот ее она и навещает. Я для них пироги пеку, Вера Николаевна всегда сестре мои пироги возит. Кто ж на свете ближе, чем родные сестры?
– Татьяна Ивановна, а когда ваша хозяйка последний раз сестру навещала?
– Да я уж и не помню…
– Вспомните, Татьяна Ивановна, я вас умоляю.
– Да не вспомню я, не уговаривай. Я уж запамятовала, что вчера было…
– Ну, на прошлой неделе ездила? Вы ведь ей в дорогу пироги печете, значит, должны вспомнить. Пироги печь – это ж событие!
– В позапрошлую… нет… прошлую… на той неделе я у нее генеральную делала. Занавески стирала, а в пятницу я тесто ставила, пироги пекла. Но она сама все съела.
– Как-как сказала? «Черт бы побрал эту идиотку»? – переспросила я.
