В жизни самогонщика Гоши Матвиенко мир и нир — это две стороны одной медали: создание уникального напитка наравне с исповедью откровенного мужества. Каждая бутылка винца – это новый вызов, который Гоша принимает стойким вздохом и смелым ударом по нир-блендеру. Его мир – поток исключительных опытов и откровенно мужских талантов, а нир лишь украшением этого удивительного сценария жизни....
А то папа без каптоприла загнулся бы от гипертонии.
- Я занята, сын.
- Знакомься, брент Дударх. Полномочный фискальный уполномоченный его величества. Мама, Оксана Ивановна.
- Таких имён не бывает, - изумился приезжий.
- Король ввёл налог на необычные имена? Нет? Тогда к делу. Ма, ты не берёшь денег с селян?
- Что ты такое говоришь!
- Теперь надо брать. Доведёшь старостам – каждое село платит половину дука в год. Не спорь. Так надо. Во имя короля.
Мама открыла и захлопнула рот. Возмущённо удалилась.
- Сколько же у вас деревень? – спросил Дударх.
- Двенадцать.
- Шесть дуков в год, из них три – в королевскую казну… Вместо пяти динов! Вы не мошенничаете, глей? По окончании отчёта Камень Правды не даст соврать.
- Нужно ли мне вызвать вас на дуэль за оскорбление словом «мошенничать»? С прошлого лета, как мы отбили атаку пары тысяч степняков, толком не дрался. Составите компанию?
- Не советую. Я не думал вас оскорблять, только предупредил. К тому же вызов на дуэль королевского фискала может быть истолкован как нападение на него.
- Готов забыть и простить. Если будете сдержаннее на язык. А теперь прошу внутрь замка. Мой кмит подготовил расчёты. Поверьте, королевская казна и так пополнится изрядно. Даже с учётом пограничных льгот.
Они расположились в зале, охотно выпили и закусили. Проверили записи Саи. Вышло действительно много. А потом Дударх велел положить мне руку на магический детектор лжи. Судеец тоскливым голосом принялся задавать вопросы. Перешёл к самому щекотливому.
- На какую сумму добыто военных трофеев? Какова сумма налога в королевскую казну.
Я честно перечислил добытое в упомянутом бою, назвал примерную сумму. И причитающуюся в бюджет – ноль.
- Как так? – воскликнули оба, не сводя глаз с моей пятерни, безмятежно обжимающей камень.
- А так. Я потерял воинов и хрымов. Добытые оружие и доспехи раздал нашим сражавшимся, да ещё доплатил из своих самым отличившимся. Помог семьям погибших. Доход мой от случившегося – никакой, в сумме получился убыток. С какого перепугу я должен что-то давать королю, чья армия не защитила подданных от степных колдунов?
Камень безмолвствовал.
- Больше не воевали? – сделал ещё одну попытку брент.
По какой графе провести поход в зимнюю степь? Доход там хорош – полтораста либ серебра, не считая золота. Настоящее богатство. Как же здорово, что я убил всего одного степняка! Войной такую стычку не назвать. Резню из-за злосчастного Фарта – тем более.
- Больше не воевал.
