Подростки наслаждаются едой и веселым компаниию, пока тетя строго объявляет о правилах экскурсии. Автобус катится через пыльную равнину, убегая от жары, и каждый кадр снаружи становится новым приключением в их удивительной поездке.
Люди в маленькой кабинке самолета оказались в середине хаоса, невообразимого театра грома, белых огней молний и жестоких ударов воздуха со всех сторон. Василий бросил взгляд на приборы — все показания сбились. Стрелки ведут себя, как хотят: колотятся о стенки, дрожат, барабанят по ограничителям. Высотомер показывает ноль, что значит — они не летят, а стоят на земле, просто это не чувствуется. Он знал, что верить ничему нельзя. Единственный прибор, который не обманет — собственный зад. Только он точно определит, где верх, а где низ.
Непрерывный грохот слился в один бесконечный гром водопада размером с две Волги, падающих с Кавказского хребта. Василий начал постепенно утрачивать связь с реальностью. Он сам себе казался единственным выжившим в продолжающемся катаклизме всеобщей гибели. От сильного электростатического поля волосы стоят торчком, как иглы напуганного дикобраза, выпученные глаза часто-часто моргают.
Тело странно одеревенело, голова с трудом поворачивалась, будто со скрипом. «Перегрузка от падения! — мелькнула паническая мысль, — нет, не может быть. Меня вдавило бы в кресло или, наоборот, тянуло к потолку. Значит, другое. Неужели летим с такой скоростью? Нет, самолет разорвало бы сразу». Попытался шевельнуть правой рукой. С трудом удалось. Что-то с ним происходило, он не знал и боялся даже предположить, что.
