Автор
Странные знаки, оставляемые серийным убийцей возле тел его жертв, указывают на маньяка. Но когда на груди задушенной женщины обнаруживают гроздь винограда, Жене Мартыновой кажется, что в этом преступлении скрывается нечто большее. Её подозрения втягивают её в опасную игру с убийцей, где...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Букет для будущей вдовы» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Странные знаки, оставляемые серийным убийцей возле тел его жертв, указывают на маньяка. Но когда на груди задушенной женщины обнаруживают гроздь винограда, Жене Мартыновой кажется, что в этом преступлении скрывается нечто большее. Её подозрения втягивают её в опасную игру с убийцей, где...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вера Русанова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Странные знаки, оставляемые серийным убийцей возле тел его жертв, указывают на маньяка. Но когда на груди задушенной женщины обнаруживают гроздь винограда, Жене Мартыновой кажется, что в этом преступлении скрывается нечто большее. Её подозрения втягивают её в опасную игру с убийцей, где...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- Таблеток не дам, - он, словно издеваясь, аккуратно передвинул маленькую красную рамочку настенного календаря с шестого января на седьмое. - Одежду - тем более. Во-первых, потому что не приветствую вашего горячего желания приехать завтра же по ""Скорой"" все с тем же ""острым животом"", но уже не сюда, а в стационар. А во-вторых, потому что Валентина Викторовна ушла, а ключи от гардеробной только у нее.
Итак, праздник торжественно накрывался большим медным тазом! Кому-то предстояло сегодня жечь бенгальские огни, кушать салат ""Оливье"", пить сухое вино и смотреть ""Рождественские встречи"" Аллы Пугачевой. Мне же из всех вышеперечисленных удовольствий оставалось только последнее - телевизор в палате, слава Богу, работал.
Однако, особой радости по этому поводу я не ощущала. А крахмальная белая сорочка и праздничный галстук Анатолия Львовича так и вовсе вызывали у меня бессильное раздражение. Как, впрочем, и сам Анатолий Львович, в данный момент невозмутимо распределяющий жидковатые светло-русые волосы по намечающимся проплешинам. Кончик его брови все так же мелко и часто подергивался. И я с мстительным удовольствием вспомнила байку, рассказанную Викторией Павловной из четвертой палаты. Та утверждала, что нервный тик наш лечащий врач заработал ещё в бытность свою студентом выпускного курса. Якобы, он отрабатывал какую-то практику в гинекологии, и ему выпал тяжкий жребий подвергнуть необходимому осмотру узбечку, неизвестно каким ветром занесенную в Михайловск. ""А узбечка та, - торжественно объявляла Виктория Павловна, - была какая-то дремучая, ну, очень мусульманская. И паранджу даже на ночь не снимала!""
Анатолий Львович тем временем подошел к окну, дернув за шнурок, закрыл фрамугу. Потом задернул шторы, спрятав от меня зеленую елочку, увитую веселым сверкающим ""дождиком"".
- Не расстраивайтесь, Женя, - утешительно сказал он мне на прощание. Вы еще, в общем, нестарая женщина...
Эту гадость я тоже проглотила молча: учитывая то, что мне всего двадцать восемь, а не восемьдесят два, любезный доктор мог бы подобрать и какое-нибудь другое определение."
"- ... Так что в вашей жизни, Бог даст, будет ещё не одно Рождество. Если, конечно, будете выполнять все предписания врачей.
- А если не буду? - мрачно поинтересовалась я, поднимаясь со стула и придерживая полы дурацкого шелкового халата.
- Ну, летального исхода в ближайшие полгода, конечно, не обещаю. Но проблемы с пищеварительной системой будут весьма серьезные. Как следствие, испортится цвет лица, волосы. Зубы терять начнете. Что тогда станете делать?
- Имплантанты вставлю.
- А вы думаете, чужие зубы - это хорошо? - отчего-то сурово и подозрительно спросил Анатолий Львович. Мне стало нехорошо. Дело в том, что как раз вчера Леха всучил мне повесть Кобэ Абэ ""Чужое лицо"".
