Автор
Странные знаки, оставляемые серийным убийцей возле тел его жертв, указывают на маньяка. Но когда на груди задушенной женщины обнаруживают гроздь винограда, Жене Мартыновой кажется, что в этом преступлении скрывается нечто большее. Её подозрения втягивают её в опасную игру с убийцей, где...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Букет для будущей вдовы» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Странные знаки, оставляемые серийным убийцей возле тел его жертв, указывают на маньяка. Но когда на груди задушенной женщины обнаруживают гроздь винограда, Жене Мартыновой кажется, что в этом преступлении скрывается нечто большее. Её подозрения втягивают её в опасную игру с убийцей, где...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вера Русанова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Странные знаки, оставляемые серийным убийцей возле тел его жертв, указывают на маньяка. Но когда на груди задушенной женщины обнаруживают гроздь винограда, Жене Мартыновой кажется, что в этом преступлении скрывается нечто большее. Её подозрения втягивают её в опасную игру с убийцей, где...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- А я тебя и не заставляю прогуливать. Или, пожалуйста. Просто предупреди, что меня сегодня не будет. В самом деле, голова болит, и температура, по-моему, поднимается.
- Я все равно к тебе вечером приеду, - пригрозил он.
- Приезжай. Только сейчас я хочу побыть одна.
Митрошкин, к счастью, почувствовал, что спорить бесполезно, вздохнул и в центре покорно перешел на ""Тверскую"", тогда как я поковыляла на ""Пушкинскую"". Дома, в ""Кузьминках"", мне захотелось выпить бутылочку пива, что я и сделала прямо на лавочке во дворе какого-то дома. Настроение все не улучшалось. Погода казалась отвратительной, жизнь паршивой, героический Говоров - коварным и совсем непростым. В голове бродили разные мысли. О том, что мне, в самом деле, уже двадцать восемь, что у всех моих Новосибирских подруг к этому возрасту - либо карьера, либо муж, и дети. Что мама давно махнула на меня рукой, что она, в самом деле, ничего не знает о Лехе, а не это ли главный симптом несерьезности наших с ним отношений? О том, что мама Маринки все-таки куда-то делась, и её почему-то так и не нашли. О том, что брат Найденовой врал, глядя нам прямо в глаза...
- Где здесь ближайший переговорный пункт? - спросила я у старушки в синеньком платочке. Она, кстати, выглядела именно так, как я, наверное, буду выглядеть в старости. Бабушка близоруко прищурилась, махнула рукой в просвет между домами, объяснила, что придется сделать небольшой крюк, огибая разрытый котлован, а потом, смущаясь, поинтересовалась:
- Бутылочка пустая вам нужна? Или выбрасывать будете?
Естественно, бутылку я отдала, котлован благополучно обогнула, а на переговорном пункте набрала рабочий номер Шайдюка. На номера, которые вставляют в специальные рамочки в телефонных аппаратах, у меня, вообще, память хорошая. (Даже если мне никто и не предлагает их запоминать).
Звонку моему Анатолий Львович удивился, а вот вопросу не очень.
- Домашний адрес Барановой? - в трубке послышался визг выдвигаемого ящика. - Кажется, где-то был... А что такое?
- Кто забирал её тело?
- Никто не забрал. Родственников не нашли. Похоронили здесь, в Михайловске, за государственный счет.
Это было именно то, что я ожидала услышать."
"- ... Адрес, адрес, адрес... Сейчас будет вам адрес... Вот! Кажется нашел... Да, её санаторная карта...
Прижимая трубку плечом, я записала название улицы, номер дома и номер квартиры.
- ... Все... Гастрит больше не беспокоит?
- Нет. Спасибо. Все хорошо.
Он попрощался, извинившись за то, что не может дольше разговаривать, и повесил трубку. А мне вспомнились сначала Елизавета Васильевна, потом Алиска, потом запонка с янтарем и позолоченной окантовкой. Наша первая стычка в присутствии официальных лиц, в частности, господина Селиверстова, и наша последняя беседа, в которой не было названо ни одной фамилии.
