Автор
Взгляды на обыденные вещи меняются внутри уютного кафе "Букет прекрасных дам". Здесь все подчеркивается нежностью и вежливостью, будь то галстуки для мужчин или шляпки для женщин. Снег за окном играет зеркальными отражениями на стеклах, создавая атмосферу забытой роскоши и теплоты....
Из-за четырех доносились такие звуки, что бедная Люси мигом стала похожа на вареного рака. Пятая комната временно принадлежала нам, а дверь в шестую оказалась открытой.
Мы заглянули внутрь. Никого! Пусто! И в комнате, и в крохотной ванной. Пришлось возвращаться к себе. Сев на двуспальную кровать, я закурил. Да, трудная задача. В клубе небось полно подсобных помещений, чуланов, кладовок, не говоря уже о кабинетах хозяев, раздевалок для ди-джеев и прочего обслуживающего персонала. Как обойти их все? Нас мигом выставят.
Внезапно Люси хлопнула себя по лбу:
– Знаю!
– Да ну? – обрадовался я. – Рассказывай!
– Потом, – нетерпеливо отмахнулась девушка, – сначала надо кое-что приготовить. Погоди секунду.
Она метнулась в ванную и притащила половую тряпку.
– Отлично, – бормотала Люси, запихивая ее к себе в сумочку, – то, что надо.
– Ты с ума сошла?!
– Нет, – засмеялась она, – пошли в буфет, мне надо потолковать с официантками.
– Но зачем?
– Потом объясню, – тянула меня девушка, – ты читал в детстве криминальные рассказы Честертона про патера Брауна?
– Нет, – ответил я, спускаясь за ней на первый этаж, – мне всегда были больше по душе стихи.
– Иногда, – радостно возвестила Люси, – в книжках можно найти просто море полезной информации. Кстати, моя мама не дает мне читать детективы, по ее мнению, это третьесортная, низкая литература, рассчитанная на алкоголиков и бомжей. У тебя в детстве тоже отбирали Конан Дойла?
– Нет, я сам не читал.
– А зря, – резюмировала Люси и велела: – Закажи нам кофе.
Через минут пять моя дама гневно сказала:
– Боже, там муха, – и исчезла на кухне.
Потекли минуты, потом раскрасневшаяся Люси вынырнула из подсобного помещения и велела:
– Все, двинули в зал.
– Может, объяснишь, в чем дело?
– Сейчас, сейчас.
Мы вошли на танцплощадку, и я снова ослеп и оглох. А когда ко мне вернулись зрение и слух, то я обнаружил, что Люси исчезла. Растерянный и немного сердитый, я вертел головой в разные стороны, но моя спутница словно сквозь землю провалилась.
– А-а-а, пожар, горим, спасайтесь, бегите, помните, как во Владивостоке все сгорели живьем на дискотеке, а-а-а.
Я посмотрел в направлении ее наманикюренного пальчика и увидел, как со стороны одного окна валит дым.
