Силуэт в тумане — как чары провинции снимают маски городской суеты. Исчезает шум, соседи скрывают личные проблемы за деревьями, и репортеры заскучали над прокатом новостей. Теперь только тихий рассвет и умирание орхидей в близлежащем саду напоминает о реальности.
– Расслабьтесь, – наконец попросила Оксана. – Да, я оказалась приемной дочерью. Но это не значит, что со мной теперь нельзя разговаривать.
– Что ты?! – перепугалась Лиза. – Я просто… У меня голова скоро лопнет от мыслей. Еще пару дней назад я была сиротой из детдома, а теперь у меня столько родственников… А у тебя все наоборот.
– Ну да, мы с тобой практически поменялись местами, – сухо сказала Оксана.
– Это ничего не меняет, – твердо произнес Тимофей. – Ты всегда останешься моей любимой сестрой. Я и сам не кровный родственник в этой семье, так что хорошо тебя понимаю.
– Не переживайте, я уже успокоилась, – сказала Оксана. – Конечно, поначалу был шок. Но теперь, когда я хорошенько выспалась, слегка все переварила и обдумала… В конце концов, для меня ничего не изменилось. Только Анфиса теперь поглядывает свысока, ведь она – Зверева, а я вроде как нет. Но ее я быстро поставлю на место.
– А что Ирина? – тихо спросила Лиза. – Вы с ней уже пообщались? После вчерашнего происшествия она со мной холодна, как Снежная королева.
– Это ее нормальное состояние, так что забудь, – отмахнулась Зверева. – Ирина меня вообще не беспокоит. Мы с ней никогда особо не любили друг друга, так что в этом плане у нас тоже мало что изменится.
– А где сейчас отец? – спросил Тимофей.
– Уехал в Санкт-Эринбург по каким-то неотложным делам. Но перед отъездом позвонил Евгении Белявской – это главный врач нашей больницы, – и попросил ее о содействии. К ней мы сейчас и направляемся. А вот и больница…"
"Оставив машину у ворот, ребята отправились в главный административный корпус.
– У меня дела с Оксаной и Лизой, – пояснил Тимофей. – Мы сейчас в больнице. К тому же я как-то не рвусь шататься по мокрому лесу.
– Вот и Карина отказалась, – вздохнул Димка. – Ладно, без вас справимся.
– Расскажешь потом, что из этого выйдет, – попросил Зверев.
Евгения Белявская ждала их у себя на верхнем этаже. Поднявшись, ребята сразу увидели развороченный дверной проем. Сорванная с петель дверь была прислонена к стене у входа в кабинет. Окно в самом кабинете тоже оказалось разбито вдребезги. Вместо стекла его затянули плотной полиэтиленовой пленкой, приколотив ее прямо к деревянной раме.
Сама Евгения стояла у покосившегося стеллажа и перебирала пластиковые папки с документами.
