Автор
Книга "Бумажная принцесса" — это яркая фантастическая история о двух мироощущениях, где реальность и сказка тесно переплетаются. Главные герои - обычный школьник и принц из книги – находятся в разных мирах одновременно, создавая атмосферу невероятной искренности и душевного тепла....
Это что, смех? Люди, Рид Ройал смеется. Кто-нибудь, срочно звоните в Ватикан, у нас тут чудо Господне!
Он вновь усмехается и ворчит:
– Ты невыносима.
– Да, но я все равно тебе нравлюсь.
Рид вдруг затихает. Я начинаю думать, что он так и будет молчать, но тут слышатся тихие ругательства, и Ройал произносит:
– Да, наверное, нравишься.
Я изображаю удивление.
– Два чуда за одну ночь? Настал конец света?
Рид хватает меня за волосы и дергает.
– Хватит уже.
Я подхожу ближе к воде, которая сегодня холоднее, чем обычно.
– Ненавижу Атлантический океан, – объявляю я. – Тихий намного лучше.
– Ты жила на западном побережье? – Риду любопытно, но он не хочет этого показывать."
"– На западном, на восточном, на севере, на юге. Мы жили везде. И никогда подолгу не задерживались на одном месте. В Чикаго жили дольше всего, наверное, год. Хотя нет, дольше всего – года два – прожили в Сиэтле, но это не считается, потому что мама заболела и у нас не было другого выхода, кроме как осесть там.
– Почему вы так много переезжали?
– По большей части из-за денег. Если мама теряла работу, мы собирали вещи и ехали туда, где можно было подзаработать. Или она влюблялась, и мы переезжали к ее новому парню.
– У нее было много парней? – В его голосе слышится резкость.
Я не собираюсь ничего утаивать от него.
– Ага. Она часто влюблялась.
– Тогда она никогда не любила по-настоящему.
Я вопросительно смотрю на него.
– Это просто похоть, – пожимая плечами, отвечает Рид.
– Может, и так. Но для нее это была любовь. – Я умолкаю в нерешительности. – А твои родители любили друг друга?
Наверное, мне не стоило спрашивать, потому что парень застывает на месте и становится похож на статую.
– Мой отец говорит, что да. Но что-то он никогда не вел себя как влюбленный.
Но, по-моему, Рид ошибается. Достаточно послушать, как Каллум говорит о Марии, чтобы догадаться сразу – он очень сильно любил жену. Не понимаю, почему его сыновья отказываются признавать это.
– Вы скучаете по ней, да? – Я перевожу разговор на более безопасную тему, но его лицо по-прежнему остается напряженным.
Рид молчит.
– Нет ничего страшного в том, чтобы признаться в этом. Я скучаю по маме каждый день. Она была самым главным человеком в моей жизни.
– Она была стриптизершей.
Его колкий ответ заставляет меня ощетиниться.
– И что с того? – Я тут же встаю на мамину защиту. – Ее работа позволяла оплачивать наши расходы.
