Бумажные крылья — читать онлайн бесплатно полностью

– Даааа, Оляя, дааа, – стискивает сильными пальцами мои бедра и начинает резко насаживать на себя, – голодным, пи***ц, каким голодным.

Одной рукой снова скользит мне между ног, растирая клитор, а второй поднимает и опускает на свой член, все быстрее и быстрее, задавая бешеный ритм. Потом сдавливает за талию, не давая шевелиться, и, тяжело дыша, упирается лбом мне в спину.

– Только в тебе и уже кончить хочу, не могу... ты меня невменяемым сделала. Больным на тебя на всю голову. Я только и думаю о тебе двадцать четыре на семь.

Рядом ты или не рядом, не важно.

А пальцы дразнят, царапают, он то сжимает клитор, то просто гладит, то снова сжимает, пока меня не срывает в оргазм так остро, так беспощадно сильно, что я дрожу на нем всем телом, сокращаясь вокруг его плоти сильными спазмами с громким криком и чувствуя, как он обеими руками начинает опять двигать моим телом сильнее и сильнее, а потом, содрогаясь, рычит мне в спину, сжимая до синяков мои бедра.

– Знаешь, когда я был мелким и мать была еще жива, она водила меня на холм за городом туда, где обрыв и весь город видно как на ладони.

Мы лежали в постели – я голая, а он в одних спортивных штанах, я на животе, а он что-то складывает из бумаги и говорит-говорит, а я молчу, не перебиваю. Потому что еще не был со мной вот так, когда еще ближе уже невозможно. Такой весь мой. Не обманчиво, по-настоящему. Ведь самый интимный и эротичный момент он не во время секса, а после, когда действительно млеешь от каждого прикосновения и слова, когда нежность шкалит, и хочется впитать человека в себя каждой порой.

Момент откровения, где все так прозрачно. И уже незачем задавать вопрос – кто кому и насколько нужен.

– Она говорила мне, что приходила туда еще в детстве и мечтала, что рано или поздно у нее вырастут крылья, как у птицы, и она взмоет в небо. Мы даже пытались их сделать вместе с ней из картона, парусины и фанеры, – он усмехнулся, – один раз у нас даже получилось, и мы запустили моего, а точнее, ее Урфина Джюса с обрыва.

Какое-то время он летел в воздухе, а потом одно из крыльев сломалось, и он спикировал вниз. Его раздавили машины на трассе. Я плакал, а мама говорила, что всегда можно смастерить еще одни крылья... а я плакал, потому что раздавило нашего Урфина. Когда я вырос, я научился летать сам и понял маму – важен полет, и плевать, если тебя раздавит, ведь ты летал.

Он смастерил бумажную птичку и усадил ее передо мной на подушку.