Автор
В комнате царит тихий ужас: молчаливые бумаги и холодные стекла стола. Мужской шепот скользит через прерывистый рок-н-ролл в наушниках, Константин смотрит в смартфон надежды вины. Он — RAZA, двадцатипятилетний выживший из числа уничтоженных; один из четверых, что добрались до этого места. Сюжет о жизни после позора и смертельной игры....
"Ольга Вечная
Бумеранги
Пролог
…Когда-нибудь ты оставишь меня. Узнаешь всю гадскую правду до конца, и, не найдя мне оправдания, уйдешь, демонстративно цокая каблучками. Попытаешься забыть. Будешь жить, как прежде, ненавидя наши общие воспоминания, а ведь их накопилось так много, милая. За каких-то пару месяцев, да?
Меня зовут Константин, но чаще при обращении используют псевдоним RAZA, мне двадцать три, я сижу за столом, смотрю в мобильный и надеюсь, что она передумает уходить. Скоро она поймет, что на самом деле я из себя представляю.
А теперь, спустя семь лет, кто-то вспомнил о том, что я не должен был спастись, и перезапустил механизм. Все бы ничего, но ситуация вылетела из-под контроля, когда моральное давление переросло в угрозу жизни.
Когда-нибудь ты поймешь, почему я не оттолкнул тебя сразу. Я бы хотел, чтобы однажды ты взглянула в мои глаза и осознала, кем я стал. Такая уж задача у подростков - вырастать и становиться кем-то.
Эта история о нас с ней, о поиске себя и жажде жизни, которая, оказывается, бывает заразной. О любви, потребности и доверии. Мы часто прикасаемся друг к другу, так нам легче справляться. Но пришли к этому не сразу.
Глава 1
«Вранье».
Одно лишь слово. И столько смысла. Да, новенькая?
Девчонка читает брошенную ей на стол записку, испуганно озирается по сторонам, краснеет. Ее совести хватает на то, чтобы опустить глаза и вздохнуть. Давай, поднимай свой тощий зад и беги отсюда. Тебе здесь не место. Ненавижу лгунов. Нутром их чую, и, как десятки раз до этого, снова оказываюсь прав. Зачем ты пришла? На вид лет двадцать или около того, симпатичная блондиночка, впрочем, ничего особенного.
Она смотрит на меня, часто моргает. Боится. Правильно боишься. Сминает мою записку с единственным обличающим словом, прячет якобы незаметно в кулак, стискивая его до белых костяшек. Сомневается, что делать дальше.
